– «Она превратила его в летучую мышь!» – проблеяла единорожка, отодвигаясь от меня все дальше и дальше – «Большую и черную мышь. Когда я убегала в Вечнодикий лес, к Зекоре, то я видела, как его утаскивала в сад Эпплов целая колония фруктовых летучих мышей. Похоже, они совсем его не боялись, ведь сейчас у них сезон… Сезон…».
– «Сезон ррррразмножения!» – прорычала я, впрочем, не слишком уж и злобно. Грохот в голове уходил, и мне захотелось расхохотаться от облегчения, что с милым ничего особенного не произошло – «Твай, а ты чего там жмешься под столом? Это ведь его проблема, правда? Будет теперь знать, как летать по округе без любимой жены!».
– «Д-да, пожалуй, ты права» – выныривая из-под столика, охотно закивала головой подруга, украдкой отирая со лба откуда-то взявшийся пот – «Ох, Скраппи, я даже и не знала, что… В общем, правы были те, кто боялся твоих глаз, ох правы! Я чуть в обморок не грохнулась, как Рарити!».
– «Да? А вчера, помнится, они тебе очень понравились!» – ехидно парировала я, возвращая упрек на сторону подруги – «Или что, они так привлекательно выглядят только лишь на закате?».
– «Честно говоря, даже и не знаю» – вновь смутилась фиолетовая заучка. Кажется, ей очень хотелось обойти эту тему стороной, но кажется, единорожка все-таки вспомнила, для чего мы решили зайти в этот час в кафе – «Скраппи, послушай, я… Ну… В общем, ты просто чудесная пони. Правда! Просто мне нужно время, чтобы понять… Чтобы разобраться… Ну, в своих чувствах. Ты же понимаешь, да?».
– «Вполне, Твайлайт. Вполне» – головная боль медленно проходила, отчасти из-за полученной встряски, отчасти из-за двух больших, пахнущих травами таблеток, которые мне принес вместе с чеком презрительно ухмыляющийся халдей, и мне совершенно не хотелось продолжать пустопорожний спор. Ведь я же не собиралась и в самом деле заводить какую-то интрижку на стороне, уже через несколько месяцев после свадьбы. Лишь после «подарка» Луны я смогла в полной мере оценить все то, что может даровать кобылке близость с любимым существом, да еще и способным, по выражению Пинки, «заполнить ее до краев», поэтому вновь возвращаться к вылизыванию других кобыл я вовсе не собиралась, где-то в глубине души даже жалея этих несчастных дурочек, в силу природной упертости, глупости или просто неудачно сложившихся обстоятельств не знающих, что такое секс с распаленным, вожделеющим тебя жеребцом. Однако наш разговор явно не обрадовал других посетителей кафе. Вокруг виднелся частокол обращенных в нашу сторону ушей, и две или три парочки уже покидали заведения, довольно громко и неодобрительно фыркая в нашу сторону.
– «Наш разговор показался вам очень интересным, уважаемые дамы и джентельпони?» – медленно повернув голову к кривившимся в нашу сторону посетителям, лениво поинтересовалась я, стараясь отразить в голосе интонации кентуриона Скрича, поймавшего своих подчиненных «на горячем» – «Нет? ТОГДА ЖИВО УТКНУЛИ МОРДЫ В СТОЛ И ПРОДОЛЖИЛИ ХЛЕБАТЬ СВОЕ ПОЙЛО!».
– «Молодец, Скраппи. Теперь они точно обратят на нас внимание» – скривилась Твайлайт при виде грохнувшейся в обморок пожилой земнопони, нещадно смявшей своим худощавым телом кружева так понравившейся мне попоны – «Мне кажется, нам пора».
– «Думаю, что да» – кивнула я, глядя на подскочившего к нашему столику официанта, коллеги которого успокаивали поспешно расходящихся посетителей – «Ну что ж, тогда вот тебе еще один урок дружбы, Твайлайт. Официант, прошу вас, счет!».
– «Он лежит у вас на столе» – холодно проговорил прилизанный жеребец – «Я прошу вас покинуть данное заведение, раз уж вы, как и все приезжие, не обучены вести себя в приличном обществе. Я ясно выражаюсь?».
– «Благодарю вас, любезный» – осторожно кивнула я, стараясь не растрясти почти прошедшую голову и выкладывая на стол указанную в счете сумму и кладя сверху еще две монеты по десять бит – «Мне кажется, вы не совсем отсюда, правда?».
– «Вообще-то дааааа» – еще более холодно протянул жеребец, поспешно отворачивая от меня свой круп, на котором красовалась метка в виде ёлки и топора – «Но я работаю в этом ресторанчике уже несколько лет, поэтому не вам…».
