Рождение легиона полностью

– «Молодая жизнь, Госпожа. Прошу вас, дайте нам время, и все наладится» – ответил Графит, заставив меня подскочить на месте. Хорошо еще, что журчание небольших фонтанчиков, изображавших цветы у ног группы неизвестных героев, скрыло шипение, с которым я приземлилась на отшлепанный круп. Кстати, именно они были основной причиной, по которой я так и не добежала до заветной двери, и спрятавшись за большой скульптурной композицией, как любили называть художники такие вот кучи статуй, долго переживала от стыда за то, что именно благодаря моей нерасторопности цвет фонтанов претерпел незначительные изменения.

– «Время? Ужель тебе недостаточно было всех дней, что ты провел в ее обществе, Стар Дрим?».

– «Прошу вас, Госпожа…» – заткнув себе рот копытом, я с негодованием слушала, как растет в голосе обычно спокойного пегаса отчаяние и страх – «Вы же знаете…».

– «Да. МЫ знаем. Ну и что ж с того?» – в голосе Принцессы Ночи слышалась непонятная ирония и злость – «Ужель ты впрямь решил отречься от всего, что было твоим до этого момента? Забыть семью и дом, в котором ты мог занять подобающее тебе положение, и может быть, когда-нибудь, даже стать главой клана? Ты решил отречься от всего этого – во имя НАС?».

«Таааак, синяя жопа! Ну, счаз я вылезу! Счаз я тебе…».

– «Простите меня, Госпожа. Но не ради вас – а ради нее» – казалось, муж едва сдерживается в рамках приличий, чтобы не начать буйствовать или, что более вероятно, не наговорить такого, о чем он, несомненно, после крупно пожалеет – «И вы знаете, что я никогда бы не стал главой единорожьего клана. Они не примут во главе кого-то не из их круга, а если бы и приняли, то увы, моя власть была бы иллюзорной. Я не собираюсь тащить милую в этот гадючник, полный ядовитых змей!».

– «Ты критикуешь сегрегацию, придуманную НАШЕЙ царственной сестрой и доказавшей свою жизнеспособность в течение вот уже тысячи лет? Как мило!» – глухо фыркнула Луна, с плеском разбрызгивая воду. Я искренне понадеялась, что ей не придет в голову пить из этого фонтана – «Не забывай, что ты – не она, и то, что МЫ простили бы Скраппи, МЫ никогда не потерпим из уст своих слуг!».

– «Примите мои искренние извинения, Госпожа. Такого больше не повториться. Я лишь умоляю дать нам возможность жить своей семьей!».

«Вот значит как. Его зовут Стар Дрим. Но почему же он молчал все это время? Почему ничего не говорил?».

– «Надеюсь… Графит!» – имя пегаса Луна произнесла с нескрываемой насмешкой, заставившей поежиться даже меня – «Прошло не так много времени с тех пор, как ты приложился к НАШЕМУ вымени, Стар, и будучи напитан его изобилием, вознамерился спорить с НАМИ? Ты молишь, а в глазах стоит вызов? Склоняешься, но в вые твоей гордыня?».

– «Нет, госпожа. Я никогда бы не пошел против вашей воли» – голос Графита был столь смиренен, что мне захотелось вылететь из своего укрытия и напинать его круп так, чтобы тот превратился в красную, как павианий зад, подушку – «Я лишь прошу вас простить своего слугу за то, что…».

– «За то, что забыл свой приказ» – любезно подсказала Луна, насмешливо плеснув куда-то водой – «Ужель ты забыл, что МЫ поручили тебе два года назад?».

– «Я сделал все, как вы мне приказали, Госпожа!».

– «Все ли? А откуда же тогда кольцо на твоем крыле?» – похоже, принцесса начала не на шутку заводиться, и если я ее хорошо знала, как думала до той поры, моему любимому не светило ничего хорошего – «Так вот как ты выполнил НАШ приказ?».

– «Но я люблю ее!».

– «МЫ знаем! И в этом была твоя главная ошибка! Тебе было приказано следить, охранять и докладывать! А ты, что сделал ты?».

– «Но почему, госпожа…» – голос пегаса вдруг стал тяжелым, словно катящийся с горы камень – «Почему вы ненавидите меня? Почему всеми силами пытаетесь разрушить нашу семью?».

– «ТЫ ОТНЯЛ ЕЕ У НАС!» – казалось, на гром Кантерлотского Гласа принцессы должны были сбежаться все слуги, сколько их не было в тот момент во всем замке сестер, или, что более вероятно, разбежаться с топотом и визгом – «ВСЕ ЭТИ СТОЛЕТИЯ… МЫ МЕЧТАЛИ… МЫ НАДЕЯЛИСЬ… А ТЫ…».

– «О, святые небеса…» – услышав шуршание, я осторожно, словно мышка из норы, выглянула из-за фонтана – и замерла, увидев две фигуры, сидящие спиной ко мне, на фоне распахнутого окна. Не уступавший статями своей повелительнице, Графит осторожно обнимал вздрагивавшую Луну, а та, словно стесняясь, бесшумно рыдала, уткнув голову в тяжелый, мраморный подоконник – «Госпожа… Принцесса… Поверьте, она любит вас!».

– «Она опасается меня. Не понимает» – всхлипывая, проскулила аликорн, мгновенно растеряв все свое холодное величие, так пугавшее пони, да и мне доставлявшее немало хлопот, и словно уменьшаясь в размерах – «Она думает, что я ее использую, заставляю совершать какие-то поступки, в то время как я готова рвать свою шкуру от отчаяния, когда она вновь влезает в неприятности!»