Зейлан пронеслась по крыше и свернула за угол. Ошибка. В нескольких шагах от нее, там, где располагался дворец, возвышалась стеклянная стена. Она отступила и хотела повернуть назад, но вновь услышала треск стеклянной крыши. Гвардейцы были уже близко. Неужели это конец?
Нет, исключено!
Хранительница оглядела крышу и обнаружила подмостки, которые использовали рабочие. Совершенно запыхавшись, девушка бросилась к сооружению, чтобы спуститься по нему, как вдруг увидела под ними на крыше три тени.
– Вот она! – взревел один из фейри, раскачиваясь на подмостках. Чем она это заслужила? Зейлан чувствовала, что в любой момент ее сердце от волнения может выскочить из груди. Девушка лихорадочно озиралась в поисках способа бегства, но безрезультатно. Ее окружили. Сзади ее настигали лучники, внизу сновали ее преследователи, а рядом с ней маячила стеклянная стена. Но стекло можно разбить.
Зейлан резко обернулась и облегченно рассмеялась. Какие бы Боги ни взирали на нее сверху, они не так уж презирали ее. Потому что стеклянная панель, под которой располагались строительные леса, была повреждена. По стеклу бежали мелкие трещины. Зейлан замахнулась локтем и ударила в стекло, вложив в удар все оставшиеся силы. Стекло раскололось, открыв ей доступ внутрь.
Не колеблясь ни секунды, Зейлан прыгнула в окно, разрывая одежду в лохмотья и оставляя осколками оставшегося стекла царапины на собственной коже. Однако боль была недолгой, и Хранительница бездумно бросилась по коридору, потому что ей уже нечего было терять. В этой части замка девушка не ориентировалась, но ее путь, по крайней мере, освещался развешанными здесь световыми шарами. Зейлан срочно требовалось найти хорошее укрытие, потому что очень скоро из-за нее весь дворец будет поставлен с ног на голову.
Зейлан замедлила шаг и пробиралась по коридорам, пока снова не услышала своих преследователей. Она остановилась перед одной из дверей. Дрожа, девушка опустилась на колени и посмотрела в замочную скважину, но не увидела ничего, кроме темноты. Хранительница толкнула дверную ручку, но ничего не произошло. Закрыто. Выругавшись, она метнулась к следующей двери. Тоже заперто. Почему в этом проклятом замке никому не доверяли?
– Я проверю здесь!
Нет. Нет. Нет. Задыхаясь, Зейлан поспешила к следующей двери. Она прошла через все это не для того, чтобы снова быть пойманной. Пожалуйста, откройся! Ее молитвы были услышаны. Дверь с легким щелчком отворилась, и она поспешно влетела в комнату. Тихо закрыв за собой дверь, девушка не сразу заметила, что в комнате не было темно. И она была не одна.
На секунду Зейлан закрыла глаза и медленно обернулась. Она очутилась в чьей-то комнате? Но нет, это была не спальня, а гардеробная. Слева и справа от нее у стен выстроились вешалки с самой разнообразной одеждой. На нее смотрели безликие манекены, одетые в мундиры, а еще – знакомые голубые глаза.
Этого не могло быть! У нее перехватило дыхание.
– Киран?
– Ты мне кое-чем обязан, – процедила Фрейя сквозь стиснутые зубы. Потом она изогнула губы в томной улыбке, надеясь, что Бригид не заметит их разговора. Пожилая дама стояла у стены зала и орлиным взором наблюдала за парочкой, пытаясь разглядеть малейшую оплошность. При этом она двигала пальцами по воздуху в такт музыке.
– Чем же? – спросил Элрой, меняя направление шага изящным поворотом. Он был удивительно хорошим танцором. Тем не менее от Бригид не ускользнуло, что с его левой ногой что-то не так. Элрой внушал женщине, что ей это только кажется. Но на Бригид это не действовало, ведь она долгие годы обучала дворян и их отпрысков искусству танца. Она так долго испепеляла его взглядом, что Элрой в конце концов признался, что его нога – на самом деле протез. Наверняка уже скоро весь замок, а потом и половина города будут об этом знать.
– Ты мне кое-что должен! В конце концов, я не рассказала отцу, кто ты на самом деле, – сказала Фрейя.
Маленький оркестр, игравший в углу зала, медленно выводил мелодию какой-то песни, настраиваясь на новый ритм. Была середина дня, но в комнате повсюду горели светильники, ибо небо было серым, и в воздухе висело благоприятное предчувствие скорого снегопада.
– Я думал, что этот долг я погасил нашей поездкой к Мойре.
– Нет, это было только начало, – ответила Фрейя. Меняющаяся мелодия сбивала ее с толку, и принцесса не попадала в такт.
Элрой фыркнул, и его дыхание полоснуло ее кожу. Благодаря этому Фрейя отчетливо осознала, как близко они находились друг к другу. Их тела не касались друг друга, но она чувствовала тепло, которое излучал пират.
– Ты уже мыслишь как королева.
– Что ты имеешь в виду?
Элрой ухмыльнулся.
– Ничего.
Фрейя недоверчиво взглянула на него. Неужели его слова ничего не значили? Или он просто хотел дать ей почувствовать, что они бессмысленны, в то время как на самом деле это было не так?
