– Как насчет… – я обвила руками его шею и попробовала защебетать кукольным голоском, – насчет радости от того, что ты поделился чем-то особенным и завоевал доверие и ощущение близости на таком раннем этапе знакомства? – Сочетание детских интонаций и хриплого голоса было премилым, а именно к этому я и стремилась.
Он снова рассмеялся.
– Я расскажу тебе, просто потому, что ты мне нравишься и так забавно разговариваешь. Но сначала выйдем из воды, я замерзаю.
Только сейчас я заметила гусиную кожу на его руках.
– Данте! – Я встала на ноги и толкнула его к берегу. – Вот идиот. Почему ты раньше не сказал?
Он дрожал, выйдя на свежий ночной воздух. Мне же совсем не было холодно: я чувствовала себя прекрасно. Но он совсем заледенел. И обхватил себя руками.
– Хотел быть крутым и мужественным. – Данте засмеялся сквозь стиснутые зубы. – Как ты выдерживаешь такую воду? Она ледяная сегодня. – Он подобрал сумку, которую принес с собой, и достал оттуда два полотенца. Протянул одно мне.
– О, ты подумал про полотенца? Ты намного предусмотрительнее других парней.
Я промокнула воду на коже, потом обернула Данте своим полотенцем и потерла ему плечи, чтобы согреть.
Он придержал полотенце руками, и мы пошли к ближайшей скамейке. Сели бок о бок, любуясь звездами, отражавшимися в воде, и огнями Лидо вдалеке.
– Я знал парня по имени Никодемо. Он мог творить удивительные вещи с огнем, – начал Данте.
Я мгновенно окаменела. И едва могла дышать.
– Какого рода вещи?
– Ты не поверишь, если расскажу. – Он обернул полотенцем голову и принялся вытирать мокрые волосы.
– Давай проверим. – Затаившийся огонь в моем животе замерцал от нетерпения, предвкушая рассказ. Мне было необходимо это узнать. Сердце мое тяжело ухнуло. Тепло заструилось по телу, на этот раз доставляя больше удовольствия, чем боли.
– Я не должен был о нем узнать. Выяснил все случайно: однажды подслушал его разговор с моим отцом в гостиной. Никодемо работал на нас, но они с отцом сдружились. Никодемо стал частью семьи.
– Так что? Он умел глотать огонь или что-то в этом роде?
Данте горько засмеялся.
– Нет, все гораздо круче. – Он повернулся ко мне и заговорил совсем тихо. – Он умел создавать огонь. Контролировать его. Есть какое-то такое слово… – Данте собрал пальцы горстью. – Поглощал его, вот. Знаю, звучит невероятно. Я бы никогда не поверил, если бы не увидел собственными глазами.
Он снова повернулся к морю, и взгляд стал отстраненным. Его не волновало, верю я ему или нет. Мне захотелось сейчас же рассказать свою сумасшедшую историю кому-нибудь, забыв про опасения.
– Не знал, что такая сила вообще существует, – продолжил Данте. – Мне было всего десять, и я загорелся идеей заполучить такой дар. Каждый раз, когда Никодемо встречался с моим отцом, я ждал возможности увидеться с ним наедине и попросить научить меня его искусству.
– И он научил?
Данте издал смешок.
– Конечно, нет. Он не мог. Он показал мне отметку, такую как эта. – Он поднял запястье и показал мне. – Только та была настоящая, вроде родимого пятна. Он сказал, что лишь настоящие маги огня имеют способность контролировать и создавать огонь. Это генетическое, научить такому невозможно. Это было величайшее разочарование моего детства, – сказал он с горечью. – И все же я скопил карманные деньги и сделал татуировку. Отец чуть не убил меня. В то время я просто хотел выглядеть крутым, но она осталась как воспоминание, что даже со всеми деньгами мира не всегда получаешь желаемое. Вот и вся история, теперь ты знаешь. – Он положил руку мне на плечи.
Я собиралась расспросить еще про Никодемо, но тут мой мобильник завибрировал внутри кеда. Я потянулась и взглянула на экран.
– Черт! – я поднялась. Эльда звонила дважды и написала четыре сообщения после прихода Данте. Я была так увлечена нашими милыми шалостями, что не услышала телефон.
Первое: «Где ты? Я постучала в твою дверь, но ты не ответила».
Второе: «Исайя зовет тебя!»
Третье: «Ты, наверное, не поняла. Он ЗОВЕТ тебя!!!»
Последнее: «Сэксони! Пожалуйста, позвони!»
Меня охватило чувство вины.
– Что случилось? – Данте поднялся и обнял меня за плечи, взглянув на экран телефона и изучив текст. – Это дама, на которую ты работаешь? В такое время? Она же тебе не мать!
– Мне надо идти, Данте. Прости. – Во второй раз я довольно грубо бросала его, но ничего не поделаешь. Я нагнулась и надела кеды. Слово «ЗОВЕТ» гулко отдавалось в мозгу. Неужели Исайя вправду заговорил?
Данте обнял меня, мешая надеть второй кед.
– Нет, ты вовсе не должна. Это твое свободное время. И сейчас ночь.
– Ты не понимаешь. – Я сумела натянуть второй кед, несмотря на державшие меня руки Данте. Я выпрямилась и повернулась к нему. – Исайя, он не разговаривал уже много…
Данте прервал меня, руки его заскользили к моим запястьям.
– Нет, это ты не понимаешь. Это твой шанс показать ей свои границы, или ты все время будешь у нее на побегушках. Я знаю людей, уж поверь.
– Что? – меня так удивило, что он ничего не понял. И я не нашлась, что сказать. – Мне надо идти.
