– Я попыталась это выяснить, – вздохнула я. – У него нет доказательств, и все же он уверен в моей виновности. Как будто мне есть интерес что-то там поджигать в родном городе. – Лицо мое запылало от негодования.
Раф помолчал еще пару секунд, потом спросил:
– А как он отреагировал на твое возвращение?
– Нехорошо – странно с самого начала. – Я вспомнила непонятную перемену в лице Джека, когда он спустился по лестнице. – Словно он знает: со мной что-то произошло. Но я не понимаю, почему он связывает меня с этими пожарами. Ты не находишь это весьма подозрительным?
Раф задержал дыхание.
– Знаешь, у меня есть тетя. Она очень хорошо чувствует происходящее с людьми. Если я чем-то расстроен, она тут как тут. И видит мои эмоции, даже если я пытаюсь их скрыть. Для этого есть слово, но не знаю, как это будет по-английски.
– Думаешь, Джек… такой же? – я задумалась. – Младший брат всегда был чувствительным, но он не медиум.
– Эмпат, – вспомнил Раф. – Вот как это называется. Может, тебе стоит расспросить его. Узнать, что такое он чувствует, чего не было до твоего отъезда в Италию.
– Я вроде бы так и сделала, но он ничего не ответил. Уж точно не впрямую. – Мне показалось, что я слишком тяну одеяло на себя, и добавила: – Но довольно обо мне. Как у тебя дела?
Раф засмеялся.
– Моя жизнь и вполовину не так интересна, как твоя, Сэксони. Я делаю стеклянные тарелки и миски, тусуюсь с друзьями и сплю. И так каждый день.
– Виделся с Данте?
– Нет, даже мельком. Но я этого не боюсь.
– А Федерика?
– Мы пересекались. Но, похоже, она теперь всего боится. Это весьма печально.
Я нахмурилась. Федерике стоило бы уехать подальше от семейства Барберини. Хотя бы на время. Но это не мое дело.
– Так ты поговоришь с братом? – спросил Раф.
– Попытаюсь, – пообещала я.
– Ты доверяешь родным, Сэксони?
Брови мои подскочили от удивления, когда я услышала такой вопрос.
– Да, разумеется.
– Тогда тебе, возможно, стоит им все рассказать.
Вот оно. Такой вариант я не хотела даже рассматривать. Готова ли я напугать родителей до смерти? Готова ли подвергнуть их опасности? Я не могла сказать, в чем именно эта опасность будет заключаться, но инстинктивно чувствовала: узнай мои родные, кто я теперь такая, это может им навредить. То, что сотворил со мной Данте, пытаясь убедить меня работать на него, было чудовищно. Поведай я родным правду, это многое изменит и обяжет их тоже хранить мой секрет.
– Не думаю, что стоит это делать, – возразила я Рафу. Мои подмышки взмокли, как только я представила выражение лиц родителей. – На записях Никодемо подчеркивал важность сохранения тайны. Большей части мира ничего не известно о нашем существовании. Если родители узнают, это может подвергнуть их опасности.
– Тогда не говори, – добавил Раф. – Это твоя жизнь. Но я бы на твоем месте признался, кто я. Дай знать, если передумаешь и захочешь это обсудить. Я далеко сейчас, но мне не все равно.
– Спасибо, Раф.
Мы попрощались.
Я еще долго сидела на кровати и размышляла о возможных последствиях правды и о том, как отреагируют на нее мои родные. Все варианты ужасали.
На следующий день я проснулась дома в полной тишине впервые с момента возвращения. Родители ушли на работу, Эр Джей отсыпался в подвале после празднования победы, а Джек отправился гулять с друзьями. И тут мои мысли вернулись к черной визитке с серебристой меткой на ней. Я приготовила завтрак и сварила для храбрости двойной эспрессо. Убралась на кухне, чтобы успокоиться, и поднялась наверх в спальню. Встала у доски для заметок с мобильником в руке, слушая, как колотится сердце. Зажав визитку пальцами, потерла слегка изображение огненного шара – метку мага. Мою метку.
В конце концов я устала сомневаться, нажала кнопку звонка и ждала, пока на том конце возьмут трубку.
– Да? – ответил женский голос с носовым прононсом. Столь лаконичное приветствие не совсем соответствовало моим ожиданиям. Хотя я толком и не знала, чего ожидать…
– Я хотела бы поговорить с Базилем Чаплиным, пожалуйста.
– Он сейчас весьма занят. Могу я записать ваш номер и перезвонить? – явный акцент британской аристократки.
– Конечно. Скажите, что звонила Сэксони Кэгни из Канады, маг огня. Визитку мне дал Энцо Барберини.
Не знаю, высветился у нее мой номер или нет, но я его еще и продиктовала. Она молча его записала. И повесила трубку, не сказав больше ни слова.
Я скорчила рожу. Столько приготовлений, и все впустую. Я проверяла почту в телефоне, и тут он зазвонил. Код Англии, но номер не тот, который только что набирала я.
– Алло?
– Миссис Кэгни? – Британский акцент. Мужской голос. Звучный и серьезный.
Я засмеялась.
– Миссис Кэгни – моя мать. Зовите меня Сэксони. Вы Базиль?
– Мистер Чаплин, да.
Слегка чопорный? Я откашлялась.
– Извините, мистер Чаплин.
– Думаю, я должен вас предупредить, что мы можем отследить звонок мобильного по всему миру и мы не приветствуем телефонные розыгрыши.
Голова моя дернулась, и я заморгала от удивления.
– Зачем мне вас разыгрывать? Вы не знакомы с Энцо Барберини?
