Я нахмурилась, пытаясь вспомнить.
– Я не уверена. Иногда я теряла сознание. – Глаза мои украдкой упали на клетку, где ждал отец. Подробности могут его расстроить.
– Больше восьми часов?
– Мне кажется, больше двенадцати, – ответила я.
Какая-то эмоция промелькнула на лице Базиля. Даже тень эмоции. Удивление? Ужас? Я не была уверена.
– И что ты испытала, когда получила воду? Что чувствовала на следующий день? Какие были эмоции? – он закончил закатывать рукава и скрестил руки.
Я колебалась: меня поразило только что пришедшее осознание.
– Вы тоже пережили это, да?
– Да, – ответил он. – Мне пришлось. Иначе я не смог бы возглавлять «Арктурус».
Я испытала потрясение. Базиль прошел через испытание горением только для того, чтобы открыть эту школу. Должно быть, он очень сильно был одержим этой идеей.
– Я почувствовала себя жестче, – честно призналась я. – Сильнее, наверное. В эмоциональном плане. – Я вспомнила о том, что чувствовала по отношению к Федерике и ее предательству. – Не то чтобы я стала безжалостной, но… – я помолчала. Базиль ждал, не торопя и не подсказывая. – Думаю, начала судить о вещах более строго. И еще я заметила кое-что странное.
– Что именно?
– Мне стало легче контролировать свою вспыльчивость. Раньше я была более взрывная.
Брови Базиля изогнулись.
– Интересно. А тело? Как оно изменилось?
– Внешне изменился только мой знак мага, – ответила я. – А изнутри… не могу сказать, изменилась ли я физически, но я почувствовала разницу. Это было похоже на… – меня охватило смущение. Это прозвучит так глупо.
– Продолжай, – мягко подбодрил Базиль.
– На вулканическую породу, – проблеяла я, чувствуя себя дурой.
Но он, похоже, не удивился.
– Если это не доставит неудобства, я хотел бы взглянуть на твой знак.
– Конечно, – ответила я, скидывая левый кед. Я стянула носок и развернула ступню, чтобы метка на пальце стала хорошо видна.
Базиль опустился на колени. Взял меня за палец и аккуратно повернул. Знак прятался между средним и четвертым пальцами. В форме крошечного огненного шара, не больше родинки, чернее сажи. Я не видела лица Базиля, пока он изучал ее. Когда он поднялся, я увидела, что он бледен как мел.
– А можно увидеть ваш знак? – спросила я, чувствуя неловкость.
Вместо ответа Базиль отодвинул воротник. Его знак был чуть ниже ключицы. Выглядел почти в точности как мой и был черный, как чернила.
– Да, твой знак изменил цвет после горения, – вздохнул Базиль. Он явно был больше потрясен видом моего знака, чем всем остальным до этого. А может, просто так быстро встал, что от лица отхлынула кровь.
– Прежде он был коричневый, как веснушка.
Базиль кивнул. Его верхняя губа вспотела, и он вытер ее рукой.
– Не возражаешь, если я сфотографирую его?
– В общем-то нет, – ответила я. – А зачем?
Я ждала, пока он вытащит телефон и сделает пару снимков моего пальца.
– Положу в твое досье студента, – пояснил Базиль, запечатлевая мой знак. – Ты редкое явление и представляешь особый интерес. Работать с таким магом, как ты, я буду впервые. – Он встал и убрал телефон. – Научных исследований такого рода очень мало. А те, что существуют, держатся в секрете. Я веду изыскания, но я не ученый. Делаю это для расширения собственных познаний и чтобы передать нечто ценное следующему поколению. И ты здорово поможешь мне в этом.
– О, – улыбнулась я, не зная, что на это сказать. Я приехала сюда, чтобы получить помощь от Базиля, и мне не приходило в голову, что я в свою очередь могу оказаться ему полезна. Эта мысль мне понравилась.
– Ты чувствуешь огонь прямо сейчас?
– Нет. Не знай я, что я маг, ничего бы не подозревала. Чувствую себя нормальной.
– Не могла бы ты зажечь его, глядя мне в глаза? Не пытаясь повлиять на то, как они при этом выглядят.
– Хорошо, – я зафиксировала на нем взгляд, и Базиль подошел поближе. Я вызвала огонь к жизни внутри живота и почувствовала, как он в ответ лижет мне внутренности.
– Он горит? – спросил Базиль, приподняв брови.
– Да.
– Замечательно, – пробормотал он. – А можешь зажечь глаза, пожалуйста?
Я отправила жар в шею и протолкнула в глаза через зрительные нервы. Они затвердели и стали красными. Зрение обострилось. Легкая небритость на лице Базиля проступила четче.
– А можешь сделать их оранжевыми, а не красными? – Базиль не мигая смотрел на меня. Он напоминал врача, рассматривая мои зрачки и выискивая в них секреты.
Я добавила жара, проталкивая его через глаза.
– Теперь желтыми?
Я добавила еще больше жара. Глаза раскалились, но я не чувствовала боли. Никогда намеренно не придавала им такую яркость. Зрение мое еще больше обострилось. Меня поразили мельчайшие детали, которые я теперь могла разглядеть. Глаза Базиля раньше казались карими. Теперь я различала в них оттенок оливкового. Еще я разглядела более бледные нити ржавого цвета в левом зрачке. Зрачки его приобрели странный вид, в глубине каждого из них виднелось темно-красное свечение.
– А можешь сделать их голубыми? – снова спросил он.
