Но сегодня, когда я стояла перед Ли сюр Пэллор, я поняла, что покончила с представлениями отца о смелости. Я осознала, что испытал сын Повелителя драконов, услышав: «Слушаюсь». Эти слова до смерти наскучили ему, и его мутило от них, как от прокисшего молока. И тогда я решила, что, если мне самой не нравится, как звучат эти слова, только в моих силах что-то изменить.
Я больше не собираюсь стоять на коленях. Пора выпрямиться во весь рост, думать с гордо поднятой головой.
Пауэр по-прежнему молча стоял рядом со мной. В свете разгоравшегося дня он уже не казался бесформенным силуэтом, его фигура четко выделялась на фоне большого тела Итера. В глубине души я все еще злилась на него. Однако уже начала понимать, что мое личное отношение к Пауэру больше не имеет значения.
– Когда ты сможешь потренироваться со мной?
Пауэр ничем не выразил своего удивления или радости. Его лицо казалось бесстрастным.
– Завтра. Перед дежурством. У меня найдется время.
– Отлично. Тогда и начнем.
Впереди показалась береговая линия, серо-голубая в предрассветных сумерках. На краткий миг я с ужасом подумал, что линия сигнальных маяков ведет к форту Арону и городку, расположенному в бухте Арона, одному из самых густонаселенных центров северного побережья. Но потом заметил, что цепь маяков проходила мимо города. В километре от форта, в море, ярко пылал остров. Пламя озаряло бухту.
И больше ничего: серое море на горизонте, ни следа вражеских драконов, ни языков пламени, призывающих наших молодых драконов на бой с настоящими боевыми соперниками.
Они просто подожгли остров и скрылись.
И какая-то часть меня, слабая и трусливая, ощутила облегчение.
Когда мы приблизились, мне в ноздри ударил запах. Головокружительный запах серы. Запах, который я не чувствовал уже много лет: драконье пламя.
Я подтолкнул Пэллора, заставив его нырнуть вниз, и повел на снижение эскадроны аврелианцев и грозовиков. Черные крылатые силуэты парили над пожарищем. Эскадрон небесных рыб уже прибыл на место. Остров был крошечным и малонаселенным, и все его немногочисленные лачуги были объяты пламенем. Спасательные лодки, гражданские суда и военные корабли из Арона сгрудились на безопасном расстоянии от берега, и Крисса на своем драконе металась между ними и горящим островом, перевозя тех, кому еще можно было помочь.
Срезав ремни на стременах, я выпрыгнул из седла. Языки пламени все еще лизали здания вокруг нас, деревянные стены трещали, взрываясь снопами искр, и отовсюду раздавались крики стражников, искавших тех, кто выжил. Даже в огнеупорном костюме и с опущенным забралом на шлеме я почувствовал головокружение от дыма и, закашлявшись, уже не мог остановиться.
– Ли… сюда…
Лотус и Дак из последних сил пытались оттащить упавшие, еще тлевшие балки от входа в горевшее здание. Когда мы наконец расчистили проход, внутри послышался громкий треск, и пол провалился. Дак заслонил ладонью забрало своего шлема, собираясь войти, но я остановил его.
– Это бессмысленно. Нет.
– Там остались люди, Ли. Мы слышим их.
Но он замер, когда снова послышался ужасный треск и сгоревшая крыша обвалилась. Я оттащил его в сторону.
– Слишком поздно, Дак.
Солнце поднималось над городом, пылая в унисон с моим чувством беспомощности. Нет ничего хуже такого ожидания. Такой неизвестности.
Что сейчас там происходит? И кто из них вернется?
Солнце уже было высоко, когда наша флотилия снова появилась на горизонте. Все это время в моем воображении разворачивались картины одна страшнее другой, и когда я вновь увидела наших наездников, меня охватило облегчение, внезапно обернувшееся страшной усталостью. С ними все в порядке. Они живы.
Оставив патруль на крепостном валу, я спустилась вниз с остальными наездниками из нашего отряда. Как только мы приблизились к пещерам, ноги сами понесли меня вперед, но не в арсенал, а по коридору, ведущему в пещеры. Я нашла Дака в логове драконов небесных рыб, где он дрожащими руками пытался снять седло с Керты. Его зрачки все еще были огромными от недавнего всплеска эмоций. Он весь перепачкался в саже, и от него исходил отвратительный серный запах драконьего пламени. И этого запаха оказалось достаточно, чтобы пробудить во мне воспоминания, от которых к горлу подкатил тошнотворный ком.
– Энни…
– Ты ранен?
Теперь невозможно было поверить, что еще несколько часов назад мы беспечно смеялись, пытаясь танцевать, и не думали о плохом. И как я испугалась, что могу потерять его дружбу из-за какого-то нелепого поцелуя.
Дак покачал головой.
– Ли и остальные все еще там, – с трудом произнес он. – Разговаривают с теми… кто выжил…
А затем его перепачканное сажей лицо сморщилось.
И я сразу поняла, что произошло. Не было никакого сражения, и Ли ни с кем не пришлось встретиться. Но то, что они увидели, оказалось гораздо хуже.
Меня не удивили воспоминания, всколыхнувшиеся в моей душе, но поразило спокойствие, охватившее меня в этот момент. Я вдруг отчетливо осознала происходящее. Это все я уже испытывала. Знала. Эту дорогу жизненного опыта я прошла до конца.
