Таким образом, Стив задержался с обустройством новой квартиры еще на неделю. Да и по приезде в Нью‑Йорк первые десять дней он был настолько поглощен скопившимися за время его отсутствия делами, что ни о каком доме думать даже не приходилось. Фильм о шестьдесят седьмом годе прошел с триумфом, и теперь ему предлагали написать по нему книгу, финансировать которую брались Варнер Электра и «Панч». Впереди предстояло немало разъездов. И поэтому, едва раскидав дела, Стив первым делом решил нанять нечто вроде домоправительницы, которая в дальнейшем и должна была заниматься устройством всего быта. Кейт Урбан, обладавшая непревзойденным вкусом и феноменальным нюхом на хороших работников где бы то ни было, посоветовала ему взять миссис Каролину Кроули, служившую раньше у старого Эрхаммера.
— Дама безупречная и к тому же привыкла к богемным выкрутасам хозяев. Не знаю только, уживется ли с ней ваша жена. Впрочем, если Патриция займется действительно делом, то да. Кстати, я вас еще не поздравила. Как жаль, что малышка родилась настолько раньше срока. Но передайте Патриции, что, сколько бы ни продлилось ее затворничество, в «Шапке» мы ее всегда ждем.
Миссис Кроули принялась за дело с рвением, которое трудно было предположить в таком маленьком высохшем тельце, умудряясь при этом тратить значительно меньше денег, чем рассчитывал Стив. И через месяц огромная квартира Шерфорда была полностью перепланирована: появилась просторная, залитая солнцем детская, два кабинета, три спальни, столовая, каминная и комната миссис Кроули, не говоря о вспомогательных помещениях. К девочке Стив решил нанять только приходящую няню.
Перед тем как позвонить в Ки Уэст, Стив медленно обошел казавшиеся неживыми комнаты и долго сидел на мягком ковре в детской, вспоминая, как до семи лет его носило по всему свету вместе с родителями, занимавшимися военной журналистикой, и радуясь, что девочке не придется испытать ничего подобного.
Телефоны стояли и висели в каждой комнате. Не вставая с ковра, Стив дотянулся до трубки.
— Привет, малышки, вот и я!
Но вместо радостного приветствия он услышал недовольный жесткий голос Пат:
— Почему ты не объявлялся так долго? Здесь жара, ребенку трудно, а мне надо работать…
«Начинается семейная жизнь», — вздохнул Стив, но вслух только рассмеялся:
— Поднеси‑ка к трубке наследницу, я послушаю, что скажет она.
— Что за глупости, Стив! Когда мы выезжаем?
— Хоть сегодня, моя дорогая. Как выедете, пусть сообщат мне, я пришлю к вокзалу машину. Все лучше сделать через моего агента в Джексонвилле, ты знаешь. Но все это ерунда — как маленькая, Патти?
— С ней все в порядке. Идеальный ребенок. — Но в словах Пат Стив не услышал ни нежности, ни гордости. Наоборот, в них звучало какое‑то раздражение и досада, причину которых он тут же отнес к тому, что Пат устала, и что не нужно было оставлять ее с младенцем чуть ли не на два месяца.
— Славно. А теперь уже совсем скоро мы втроем заживем еще лучше, когда…
— Сколько раз ты говорил мне эту фразу, Стив?! — В голосе Пат уже были слышны готовые прорваться слезы, и она бросила трубку.
— Эх, Мэтью, Мэтью… — Стив длинно, по‑мальчишески, свистнул и, окончательно развалившись на ковре, решил поспать хотя бы пару часов.
Пат очень понравилась квартира, особенно ее кабинет. Это был тот кабинет, о котором она мечтала с детства: внушительный, почти мужской, рабочий стол, темные тяжелые гардины па окнах, строго подобранные книги и ничего лишнего. Настоящий английский кабинет, а не американские вертушки, пластмасса и винил. Детская тоже была хороша, хотя Пат показалось, что в ней слишком много всего. Няней оказалась пухленькая студентка медицинского колледжа, вся хрустящая и румяная, как воскресная булочка. Она удивительно ловко вписалась в атмосферу детской и была даже чем‑то похожа на свою такую же розовощекую и круглолицую подопечную.
— Дина Джонс, — весело представилась она Пат и Стиву, уже держа на руках девочку. А вы, — она стрельнула глазами в хозяйку, — я вас знаю, вы Патриция Фоулбарт, ведущая «Шапки» и обозрения! А как зовут нашу гуленьку?
Пат и Стив растерянно переглянулись. Стив, честно говоря, даже как‑то и не задумывался об имени для него это была просто девочка, дочь почему‑то в большей степени Мэта, чем Пат. А последняя вообще запретила себе думать на эту тему, потому что в ушах ее до сих пор стоял смех Мэтью: «Назовем ее Мэтьюпат»…
— Зовите ее пока как хотите, — как всегда, искренне рассмеялся Стив, и, как всегда, сгладил этим неловкость. — Видите, мы еще такая молодая семья, и нам надо многому учиться. Впрочем, обещаю вам, что к завтрашнему дню все устроится.
Дина тоже рассмеялась в ответ и ушла в детскую не только удовлетворенная, но и очень обрадованная такими замечательными хозяевами.
Ближе к ночи, после всех треволнений, всегда сопутствующих дню приезда, Пат и Стив сидели в каминной и пили кампари. В воздухе висела нехорошая вязкая тишина.
— С малышкой надо было давно решить, — осторожно начал Стив. — Почему ты не назвала ее до сих пор?
