– Не верите! – поняла Варвара. – Тогда пойдёмте вниз, я вам покажу!
Мы вышли на холм.
– И вот еще! – молодая девушка с волосами, заплетенными назад в ниспадающий шлейф, как на картинах средневековых художников, протянула мне напильник. – Возьмите! Драчёвый. Хороший.
– Девочки! Нас всех накажут! – захныкала полненькая девушка в чёрном комбинезоне. – Если нас поймают, всех сразу уволят!
– Нас уже год назад уволили! – ухмыльнулась старшая женщина в синем.
– Ну, кормить перестанут! – не успокаивалась полненькая. – Может, не надо экспериментировать! Ну хотел мальчик прыгнуть, пусть прыгает!
Никто не обращал на неё внимания. Мы дружно спустились с горы к разбросанным машинам.
– А это ничего, что так плохо пахнет? – на всякий случай спросил я.
– Воняет, ты хотел сказать! – заметила крашеная.
– Ну, Катюш, не так уж и воняет, – возразила Варвара, подходя к машине и протягивая мне розовый лоскут. – Вот, попробуйте.
Это было волшебство. Лоскут счищал слизь сразу до самого металла. Казавшееся непобедимым густое покрывало с лёгким шипением испарялось без следа, как снежный иней под выскочившим в зенит жарким июльским солнцем.
– Вот тут, видите, дверь не закрывается, – заметила Варвара наплыв металла по краю двери.
Я отёр слизь и пустил в ход напильник.
Через пять минут дверь закрывалась четко и плотно.
Женщины оживились.
– Красота! – сказала девушка со средневековой прической по имени Валентина. – А они нас в контейнер!
Я воодушевился столь чудесным способом ремонта и перешел к другим деталям, а девушки взялись за протирку. Через десять минут машина избавилась от слизи, и я с лёгкостью опилил проблемные места до нужных размеров. Я ведь могу «копейку» собрать и разобрать с закрытыми глазами, а «пятак», скажем честно, не сильно от неё отличается.
Словом, через два часа машинка ничуть не уступала какому-нибудь «Астон Мартину» по подгонке и чёткости форм.
– Чудесно! – выдохнула Валентина. – Вы настоящий инженер!
И в этот момент включился свет. С непривычки ослепительный. Из распахнувшихся ворот к нам бодро шагала первая бригада. Прятаться было поздно и бессмысленно.
– Мы пропали! – запричитала толстенькая Татьяна. – Они нас оштрафуют! Убьют!
– Заткнись! – прошипела Катерина. – Посмотрим, кто кого убьёт!
Нас заметили не сразу. Ребята шли, обсуждая какие-то бытовые проблемы. Первым остановился Дима.
– Ёшкин кот! – воскликнул он. – Бабы! Откуда?! И Дебил с ними!
Так я узнал свою кличку. До этого момента ребята стеснялись говорить её вслух, подозревая, что я могу обидеться. Что вы, братцы! Ничуть! Стало приятно и радостно, что я принят в драгоценную семью и вот, заслужил настоящее рабочее имя. Сердце сжало тёплыми тисочками.
– Кнопку! – крикнул Кинжал, и Кореец метнулся к хате.
Так мы и стояли напротив, как ковбои в примитивном пиндосовском вестерне, пока в зал не ворвались двенадцать охранников с автоматами Калашникова и белых тряпочках на ртах. Масочный режим к тому времени никто не отменял.
Безопасники чётко, выверенными движениями сгрудили нас и первую бригаду в центре цеха. Так пастушьи собаки сбивают в одно стадо овец. Солдаты по кругу, мы в центре. Стволы АКМов грозно чернели кружками отверстий. Я ещё подумал, что нерационально расположились бойцы, ведь если начнут стрелять, пуля может случайно пролететь мимо нас и попасть в безопасника с другой стороны. Впрочем, тут же отмёл эту мысль, воины наверняка профессионалы и никогда не промахиваются.
– Так, так, так! – знакомый голос.
К месту событий из хаты двигались трое. Охранник, конвоирующий Корейца, и Валик.
Ваал Ваалович Дорогин, директор «АВТОРАЗа», мой друг, подошёл к кольцу охранников и всмотрелся в толпу. То, что казалось нам ярким светом, для него было полумраком. С трудом разглядел меня среди других и поманил пальчиком:
– Лудислав, мальчик мой, подойди сюда.
Я подошёл. Вот он! Мой звёздный миг! Секунда, дающая смысл никчёмной предыдущей жизни. Как же это трогательно и прекрасно!
В руке я сжимал розовую тряпочку.
– Вот! – показал я Валику. – Теперь мы можем поднять отечественный автопром с колен!
Валик поморщился.
– Лудислав. Брось эту гадость!
– Ты не понимаешь, Валик! Это наше спасение!
– Это тряпка этих вот… женщин! Брось и пошли со мной. Всё ещё можно исправить. Мы с тобой увидим небо…
– Нет, Валик! Этой тряпкой стирается слизь. И напильник хорошо обрабатывает металл! Вот, видишь, автомобиль. Я его опилил. По качеству теперь не хуже ведущих английских брендов. А ещё увеличивается срок эксплуатации! В десятки раз! Представляешь?!
Валик насупился.
– Тебе промыли мозг какой-то дешёвой розовой дрянью. Отвлекись. Подумай рационально. Зачем нам машины, которые будут работать не два года, а пятьдесят лет? Кто тогда будет покупать новые? Как мы продадим запчасти?
– Но мы же сможем сделать машины лучшие в мире! Это экспорт, Валик! Мы поднимем Россию с колен!
