– Рядовой, вы совершенно здоровы, – наконец не выдержал целитель. – Нечего выдумывать ерунду. Где ваш выдыхаемый дым?
– Его плохо видно, – вдохновенно продолжал врать пациент. – У вас освещение слабое, а дым не слишком сильный. А вот на солнце…
– А вот на солнце все пройдет, – Вайнер был невозмутим. – Кроме ломоты, разумеется. Но она – последствие вчерашнего перепоя, исцелять не буду. Свободны.
– Но вы обязаны…
– Исцеление похмельного синдрома – только по личному распоряжению полковника Циммермана, – отрезал целитель. – Не собираюсь тратить Дар на всякую ерунду. Я один – вас много. Звездочки, видите ли, у него в черном дыму. Пить надо меньше.
Пациент обиженно засопел, не так громко и выразительно, как Брун, но все же довольно артистично, словно надеялся, что целитель устыдится и займется своими обязанностями.
– Чего вы ждете? Свободны.
– Хоть зелье дайте. А то ходить невозможно, – прострадал рядовой. – И голова раскалывается…
– Зелье от похмелья не входит в комплекс, оплачиваемый военным ведомством.
– Сколько?
Вайнер озвучил, страдалец попытался торговаться. Интересно, знает ли Циммерман о маленькой подработке своего подчиненного? Наверняка знает, но смотрит сквозь пальцы. Второго целителя нет и не обещают, а на этого надавишь – без последнего останешься. А ведь гарнизон оплачивает еще и зелья, поставляемые Фальком, часть из которых уходит на сторону. Но полковника я не осуждаю ни в малейшей степени: должен же Вайнер при фактически круглосуточном режиме работы иметь хоть какие-то привилегии?
Торг набирал обороты и громкость. Но единственная уступка целителя, небольшая скидка при покупке сразу трех флаконов, никак не могла примирить покупателя с тем, что вообще придется платить.
– Целители должны быть самоотверженными, а не жадными, – разочарованно выдал неудачливый пациент. – Вы спасаете людей.
– Если с вас не брать денег, то я сам скоро окажусь на местном кладбище, – меланхолично заметил Вайнер. – Мои силы конечны, а ваши желания – нет. Приходится отделять важное от неважного. Решайте, берете ли, а то я подумываю, не поднять ли цену. Карантин на неделю, новых поставок не будет…
– Грабитель…
После очередного возмущенного вздоха послышалось звяканье отсчитываемых монеток, и наконец посетитель вывалился в коридор с несчастнейшим выражением физиономии. Да, расставаться с кровными, когда хотел получить что-то даром, всегда тяжело. Пропустив выходившего рядового, я прошел в кабинет.
– И у вас звездочки и дым? – усмехнулся мне целитель, ссыпая монетки в верхний ящик.
Сумма небольшая, но явно улучшившая его настроение.
– Пожалуй, с ними проблема. Ваш приятель Фальк пытался меня обеспечить хотя бы дымом, но задымился сам.
– Странно, Фальк обычно весьма аккуратен, и если уж наметил жертву, дымиться должна она.
– А пострадавшим от его действий полагается скидка?
– Нажалуетесь Циммерману? – заинтересовался Вайнер.
– Жаловаться? Я? Инор Вайнер, за кого вы меня принимаете?
– Пока не знаю, – он выразительно посмотрел. – Пришли же вы зачем-то, а теперь намекаете на скидку.
– Появился вопрос по поводу решетки на комнате леди Штрауб. Кто и зачем ее поставил.
– А вам-то какое дело? – невежливо спросил целитель.
Грубость я решил проигнорировать. Силой его заставить отвечать нельзя, да и показывать, что ответ важен, не стоит.
– Как вы знаете, меня поставили охранять леди на время ее пребывания в гарнизоне, поэтому должны понять мое желание знать, от чего ее следует охранять в первую очередь. И если дело в Бруне и ему подобным, то хотелось быть уверенным, что решетка их не пропустит.
– Не должна. Там сложное комплексное заклинание по всей стене, – неохотно ответил Вайнер. – Циммерман специально мага приглашал из штаба. Тот и предложил установить решетку, на нее ставить легче и в дальнейшем тратится меньше энергии. Перед приездом леди Штрауб ее проверили, неожиданностей не должно быть.
– Вы мне так и не сказали причину, – напомнил я.
– Так вы и сами поняли, – поморщился Вайнер. – В основном, конечно, Брун. Причем он не просто норовил пробраться в комнату инориты Рильке, но и с заходом через мой склад. Ваш приятель, знаете ли, пьет все, что хоть немного пахнет спиртом. В результате не только урон запасам, но и экстренное откачивание, если он ухитрялся выпить что-то ядовитое из сейфа.
– У вас так плохо защищен сейф? – удивился я.
– Нет, это у капитана Бруна очень хорошо развиты навыки взлома, – зло бросил Вайнер. – Такое впечатление, что готовили его исключительно для того, чтобы потрошить целительские запасы, а не защищать граждан Гарма.
– А почему тогда решетка стоит на жилой комнате, а не на складе?
– Решетка – артефакт. Там оптимальное место, по мнению приглашенного специалиста по безопасности, – несколько туманно ответил Вайнер. – Когда ее установили, наконец удалось спокойно вздохнуть. Это был настоящий ужас, вы просто не представляете. Брун заявлял, что раз уж попал в помещение с алкоголем, обязан принять что-то для храбрости, перед тем как подняться к прекрасной инорите.
