Внезапно голос оборвался, а потом закричал как свирепая птица, бледные руки обхватили шею Арнеса и утащили наверх в густой туман. Все звуки стихли. Затем последовали слабые мелодии той печальной песни, что звучала раньше и теперь оставшиеся знали, на какой ноте они вернутся за ними. Многочисленные голоса приближались, окружая четверых путников кольцом из полуживых мертвецов. Рениан оглянулся на друзей, храбро ожидающих нападения. И в его глазах Лис не увидела и тени сомнений или страха. Девушка не могла похвастаться таким же самообладанием, вся её сущность трепетала, едва ли сдерживая испуганный крик. Она стояла за его спиной, молча смотря на океан серого тумана, полностью окружившего их. Сквозь сладкое пение, зазывающее на смерть, Лис слышала шипение сирен, подбирающихся всё ближе к ним.
Существа говорили между собой на жутком шипящем наречии как звери или даже хуже. Кровь медленно стучала в висках, словно часы пробивали зловещий час. Последний куплет и когда слова закончатся, они нападут. Дрожащей рукой Лис достала из-за спины красивый эльфийский клинок, который дал ей Арнес. Король тогда ещё пошутил:
«Любой образ должен быть завершён. А клинок прекрасно подойдёт к твоему костюму».
Однако у судьбы сложились совсем иные планы, – горько подумала девушка, сжимая рукоять. А вслух произнесла:
– Увидим ли мы новый рассвет…
– Не время думать о такой ерунде… – с улыбкой на лице, ответил Рениан.
Итак, началось, последний аккорд погребального гимна пропет.
Они идут…
Истошные крики раздались вокруг, мертвенно-бледные пальцы рвали одежду, стараясь схватить и утянуть в своё логово. Лис вслепую резала тянущиеся к ней руки, серая кровь ручьём лилась на землю. Сирены неожиданно отступили, яростно шипя из тумана. На какой-то миг они замолчали, и, казалось, ушли.
– Они здесь, не расслабляйтесь. Ещё никто не уходил от них живыми… – мрачно прошептал Миро, глядя на принца.
– Мы их только разозлили…
Рениан дёргал кулон и что-то нашёптывал ему на эльфийском, сиреневый свет, исходивший от него, слабел и угасал.
Только тогда глаза его наполнились страхом, но этот страх был совсем другой. Он не относился ни к сиренам, ни к Арнесу. Что-то иное пугало принца. И Лис невольно вздрогнула, едва сохраняя хрупкое самообладание. Как же хотелось убежать, спрятаться и забыть об этом. Но строгий голос разума вмешался в сумбурный поток мыслей, нашёптываемых страхом, веля сохранять рассудок. Она не бросит друзей, даже если от её присутствия нет никакого толка.
Слабый импульс пробил в висках и в памяти воскресли слова Арнеса:
«Больше всех на свете они любят эльфов, чьи бессмертные жизни угасают в темноте, когда холодные губы сирен прикасаются к ним. Один- единственный поцелуй одержимого тьмой на века проклянёт эльфийскую душу».
Лис любила слушать легенды, но сейчас она была готова закричать от безысходности. Миг казался вечностью. И каждый шорох в непроглядной тиши нёс в себе шаги врагов, готовившихся нанести неожиданный удар.
– Сирены боятся света, как и любое зло, что кроется в ночи, – Лис крутила в своей руке белый амулет, доставшийся ей неделю назад. – Арнес говорил, что мой амулет чистый лунный свет, его силы должно хватить, чтобы разогнать их.
Рениан покачал головой и сказал:
– Тебе рано использовать подобную магию. Она поглотит тебя, – и он, не целясь, кинул один из клинков в туман.
Послышался вскрик, и на землю упала полуголая женщина серого цвета. Кинжал попал прямо в правый глаз, и из раны сочилась грязно-серая кровь.
– Целься в голову, в сердце не бей, – жёстко произнёс Рениан и приготовился кинуть очередной клинок.
Его глаза светились фиолетовым огнём, казалось, туман нисколько не мешал ему, и он прекрасно всё видел как кот ночью.
Наступила тишина. Каждая из сторон притаилась. Рениан и Керлей осторожно прошли вперёд и о чём-то шептались. А Лис посмотрела на Миро, чьи глаза были такие же испуганные, как и её.
– Как ты думаешь… с Арнесом всё хорошо?
– Поверь моему опыту, – промурлыкал кот. – Арнес назло судьбе выберется из капкана и даже не запылит одежду.
– Но…
– Не переживай за него…
Миро зашипел, когда одна из сирен схватила его за шкирку, а другая вцепилась в шею Лис. Девушка попыталась вскрикнуть, но ничего не вышло. Резкий спазм пронзил её голосовые связки. Она почувствовала, как задыхается и начинает терять сознание. Их потянуло вверх, в белый океан. И Лис не могла воспротивиться чужой воле. Над ухом слышалось тяжёлое дыхание, пока они прыгали с ветки на ветку всё выше и выше, где туман становился гуще ночи. Всего на один миг она увидела спину Арнеса, сражающегося с сиренами. И король снова исчез. Миро шипел и извивался в объятьях длинных серых рук, стараясь укусить обидчика. Лишь на мгновение их взгляды пересеклись, а затем разошлись в разные стороны.
