Я продолжал мяукать, не зная, что делать дальше. Ну а что ещё может сделать такой кроха? Да ничего, кроме как дождаться утра, до которого должна пройти целая вечность!
Внезапно дерево вздрогнуло от удара под землёй, пробежала волна, и вмиг всё затихло. Толчок повторился, затем ещё раз, а после вдалеке встрепенулась стая громогласных птиц, явно недовольных вечерним землетрясением. Я глянул вниз, а там у самой земли мерцал тусклый огонёк синевато-серебристого цвета.
Что-то происходило, Хэппи жалобно заскулил, зовя меня на помощь. И вдруг тишина опустилась плотным занавесом на мир, погасив все звуки. Не передать словами, как я перепугался. И начал корить себя за свою слабость, возможно, стоящую жизни моего друга.
Не в силах смолчать я снова замяукал, но уже не жалобно, а громко, будто огромный и сильный кот. Явно не лев, мне до этой планки не вырасти. И всё же закричал, что было мочи, возможно, в этом и не было смысла, да я об этом не думал. Горе заполнило меня до краёв.
И вдруг в мои мысли ворвался треск. Всё-таки везение не может быть вечным. Я сидел на самом верху, где ветки были тонкие, как паутинки. Странно, что они до сих пор выдерживали мой вес. Снова раздался треск. И я полетел вниз.
Падая, я смотрел на далёкие звёзды. Мне хотелось запомнить нечто прекрасное перед смертью, а не видеть быстро приближающуюся землю, отсчитывая мгновения жизни.
Свет погас и ничего, кроме темноты, я не помню. Очнулся утром, лёжа на мягкой подстилке. Золотистые лучи солнца согревали меня и при этом слепили, я с трудом разомкнул глаза и огляделся. Комната была небольшой и уютной. Свет проникал через многочисленные узкие окошки, освещая стол, котёл, травы и кровать. Голова сильно болела и весь мир не спеша кружился. Однако я поднялся на лапы и спрыгнул, заметно пошатнувшись.
– Маленькое существо имеет силу воли, которой позавидует герой! – раздался мягкий голос мужчины с порога.
Седые волосы копной спускались на широкие плечи, обрамляя благородное лицо пожилого человека с весьма богатой историей. Его мягкие и добрые глаза излучали силу, ранее неизвестную котёнку.
– Зачем же ты встал так скоро? Куда спешишь, малыш? Тебе нужно отдыхать, упасть с такой высоты – не мудрено и разбиться, но ты молодец, не отдался смерти в лапы. Хвалю. Но нужно лечь обратно и поесть.
Я покорно позволил взять себя на руки и уложить в постель.
Старик был так добр.
– Твой друг скоро придёт. Как набегается по опушке с зайчатами, так и воротится. Устал ведь сидеть у твоей постели за это время. Никак не хотел идти отдохнуть. Так я и позвал крольчиху с детишками, пусть думаю, повеселится. Мал для таких переживаний,– заботливые морщинистые руки погладили меня по голове и, к моему удивлению, вместе с теплом пришло и облегчение.
Головная боль растворилась, как и не было её вовсе.
Я внимательно посмотрел на добродушные черты лица, на мягкую улыбку и светло-карие глаза старика, излучающие солнечный свет. В моей голове проносилось много мыслей, однако они ускользали от меня так же резво, как и приходили. Лишь одна из них не желала уходить, и я на полном серьёзе спросил:
– Вы Бог? Мама рассказывала мне о вас…
Старик ни капли не удивился моему красноречию, впрочем, и я не сильно поразился этому факту. Напротив, ещё больше удостоверился в правдивости своих мыслей.
Кошки не умеют разговаривать с людьми в открытую, но я обрёл дар речи. Значит, умер и попал в кошачий рай или на переходный этап. Это уже неважно.
– Нет, малыш, я не Бог, – засмеялся он.
– Простите, пожалуйста, – быстро поднявшись на постели, я постарался придать своему голосу нормальный звук, так как до сих пор говорил с хрипотцой. – Я просто не знаю, как выглядит Бог и что происходит…ну там за чертой, точнее будет сказать здесь и сейчас… – сложно, конечно, говорить о жизни, когда вроде как умер.
– Малыш, ты нескоро увидишь Бога. Уж слишком юн для подобных встреч. И спешу тебя порадовать – ты жив, – старик гладил свою седую бороду и спокойно смотрел на меня.
Интересно, что он хотел увидеть? Испуг, удивление или возможно радость? На мой взгляд, я оправдал все его ожидания. Поскольку выглядел в этот миг как безумец. Золотисто-оранжевые глаза с редкими зелёными бликами раскрылись, а чёрно-белая шерсть встрепенулась, как поднималась всегда при сильном порыве ветра. Не знаю, правильно ли будет сказать, что я улыбался как Чеширский Кот? Даже не знаю, возможно ли это в жизни, но по ощущениям скорее да, чем нет. Представляете себе эту картину? Жуть просто пробирает. Но, то чувство, постепенно пробуждающееся во мне, я помню во всех красках. Я по-настоящему ощутил тёплый и дурманящий мысли поток. Я жив – пронеслось в моей голове. Я, правда, жив. Но…
– Но тогда кто ВЫ такой? И почему я говорю? И где мой друг? И что случилось прошлой ночью?– вопросы полились как водопад, я едва успевал их задавать, а мой собеседник слушать и отвечать.
