Уинстон Черчилль, после ухода с поста премьера, короткое время (до января 1946 года) занимал пост представителя Британии при ООН, затем вел частную жизнь. Официально считаясь лидером консервативной оппозиции, он был в этом качестве неактивен, нерегулярно посещал парламентские заседания. В то же время интенсивно занимался лекционной и литературной деятельностью (в 1948-м вышел первый том его «Истории Второй мировой войны»). Сделал ряд крайне агрессивных публичных заявлений в самой различной аудитории (в «МР» Фултонская речь, у нас – призыв к США «решить навсегда проблему коммунизма самыми решительными методами, в противном случае через десять-двадцать лет они решат проблему нашего существования», опубликованный в том же 1946 году в интервью газете «Вашингтон пост»). В то же время во время Китайского кризиса 1950 года выступил с реалистической позицией, что «Атлантический оборонительный союз (аналог НАТО в „МР“) никого не защищает, зато несет угрозу втягивания нас в абсолютно ненужную войну, и потому для Европы – бесполезен и даже опасен». Тогда же публично высказал (лекция в Оксфорде, ноябрь 1950-го) идею Второй Антанты, оборонительного военного союза Англии, Франции, малых стран Европы – но без участия США.
Что вызвало ответную американскую реакцию на выборах 1951 года. В «МР» эти досрочные выборы были вызваны участием Британии в Корейской войне и, как следствие, ростом военных расходов, что повлекло снижение «социалки» и заметное ухудшение положение простого народа. У нас – аналогично, рост военных расходов после Китайского кризиса 1950 года, в связи с требованием США «Британия беззащитна перед лицом коммунистической угрозы». Были увеличены ассигнования на армию и флот (численность которого выросла за счет введения в строй кораблей из резерва). Возросло английское военное участие в подавлении национально-освободительной борьбы народов Африки (восстание авеколистов), вплоть до массированных бомбежек (в том числе и химическими боеприпасами) значительных территорий. Компенсировать возросшие военные расходы предполагалось очередным кредитом от США – однако при предоставлении его Вашингтон выдвинул ряд политических условий. Одним из которых было категорическое недопущение кандидатуры Черчилля к участиям в выборах (в «МР» он победил, снова став премьер-министром – у нас пост премьера и парламентское большинство остались за лейбористами, так как кризисные явления в экономике и внутренней политике Британии были меньше).
У нас итогом стало сохранение за Черчиллем его поста представителя при ООН (который он вторично получил в мае 1950 года) – «подальше от Лондона и политических игр». Следует отметить, что это положительным образом сказалось на его здоровье – в «МР» он перенес три инсульта (первый в 1950-м, из-за напряженной подготовки к досрочным выборам – а на лето 1953 года даже частичный паралич), у нас же есть информация лишь об одном, в 1951 году, не сильно снизившем его работоспособность. Также следует отметить, что его антисоветские высказывания никогда не выдвигались в официальной форме, зато его биографы отмечают характерную для него черту – подбросить собеседнику или аудитории идею, чтобы увидеть ответную реакцию.
(Заметка на полях рукой Сталина:
Однако же в том, что касается отношения к колониальным народам, следует принять за истину его слова: «Я не считаю, что собака на сене имеет какое-либо право на сено, даже если она очень долго на нём лежала. Я не признаю за ней такого права. Я не признаю, например, что большая несправедливость была совершена по отношению к красным индейцам Америки или чёрным аборигенам Австралии. Я не признаю, что несправедливость была совершена по отношению к этим людям, потому что более сильная раса, более высокоразвитая раса, более мудрая раса, скажем так, пришла и заняла их место», – так как они подтверждались всеми последующими действиями. В то же время нет достоверных свидетельств о причислении им к «отсталым народам» русских, равно как и его поддержки существующих в определенных кругах английского, а особенно американского истеблишмента, взглядов, что «славянская раса – это не белая раса». При отсутствии точных данных о его умственном состоянии сейчас, прежде он был здравомыслящим реалистом в отношении СССР – известна его фраза (лекция в Цюрихском университете, октябрь 1950-го): «Варвары с Бомбой в пятьсот килотонн, которую они могут сбросить вам на голову, – это очень даже цивилизованная нация». Что сочетается с крайней агрессивностью по отношению к отсталым народам – именно Черчиллю приписывается авторство идеи, что «бунтующих туземцев дозволено травить химией, как клопов и тараканов», и что на «дикарей» не распространяются никакие правила ведения войны.
