Сан-Франциско, где «Королевский балет» провел неделю в июле, стал местом еще одного знакомства «у служебного входа». Лето 1967 г. принято называть «Летом любви»: «Власть цветов» была в самом разгаре, а ее антиматериалистические, антиполитические идеалы послужили вдохновением для песни «Битлз» All You Need Is Love. И песня британской группы Let’s All Go to San Francisco сразу же стала хитом. Эпицентром всей жизни города стал квартал Хейт, застроенный большими, полуразрушенными домами в викторианском стиле на пересечении улиц Хейт и Эшбери. Квартал захватили хиппи, битники, экологи и такие кумиры молодежной культуры, как Дженис Джоплин и Grateful Dead. Танцовщики более старшего возраста, в том числе Лесли Эдвардс, считали хиппи «грязными и скучными», но Марго была очарована. «Я не могла отвести глаз от этих людей», – признавалась она Рудольфу, и он тоже ими заинтересовался. «Я только и слышу, что о Хейт-Эшбери», – говорил он Александру Гранту, с которым у них была общая гримерная. «Я сказал Рудольфу, что собираюсь прогуляться туда после спектакля, – вспоминает Грант. – И я всегда чувствовал себя немного виноватым оттого, что заронил эту мысль ему в голову». Когда Марго и Рудольф выходили из театра, из толпы вышла фигура с библейской бородой и спросила, не хотят ли они «оторваться». Марго замялась только потому, что они собирались вместе со всей труппой поужинать в ресторане «Трейдер Вик», но все же записала адрес. Тем временем к Рудольфу подошел кокетливый юнец-блондин в узких джинсах и сапогах до колен, который сказал ему: «Нахально, но какого черта… что я хочу заняться с ним любовью». Рудольф просиял: «Что ж, пойдем!» Взяв Марго под руку, он первым зашагал по проходу между расступившимися фанатами к ждавшему их белому лимузину. Когда они втроем уселись на заднее сиденье, причем Марго выглядела особенно лощеной в белой норковой шубке до колен, Рудольф представил ей нового знакомого: Роберт Хатчинсон. «Марго, самая снисходительная женщина на свете, ответила: «Приятно с вами познакомиться», хотя она нисколько не сомневалась в том, что происходит». Сказав Роберту, что после ужина они собираются пойти на вечеринку хиппи в район Хейт-Эшбери, Марго спросила, знает ли он, как туда добраться. «Конечно, знаю, – ответил он. – Я уже ужинал, так что давайте встретимся позже у выхода из ресторана. Я покажу вам дорогу».
Шел первый час ночи, когда их «кадиллак» остановился у типичного викторианского особняка на Эшбери-стрит. Имея в виду другие «эскапады наслаждения», Рудольф не слишком хотел идти, но Марго убедила его, что они пробудут там «всего двадцать минут». Они поднялись на несколько лестничных пролетов туда, откуда слышалась музыка, но не заметили признаков чего-то «происходящего». «Это вовсе не была вечеринка хиппи. На полу не валялись люди в отключке, но нам стало не по себе, потому что мы там абсолютно никого не знали». Кто-то взял у Марго шубу, бросил ее в кучу одежды в спальне, и вновь прибывших спросили, что они будут пить. Может, чай? Марго и Рудольф кивнули. Но оказалось, что под «чаем» имеется в виду нечто другое, потому что в доме не было ни чая, ни кофе, ни вина, «ни каких-либо обычных вещей». Услышав, как какую-то девушку послали купить «полкораблика [марихуаны]», Марго поспешила возразить: «Ради всего святого, для нас не надо; мы не курим». Они втроем только успели сесть, когда по лестнице взбежал какой-то человек с криком: «Облава! Полицейские уже здесь!» Все бросились на кухню, и, поскольку Рудольф бежал одним из первых, Роберт остался, чтобы помочь Марго найти шубу и показать ей дорогу. У кухонной двери его остановили полицейские. «Чья это квартира?» – «Не знаю». – «Где ваши друзья?» Стало ясно, что остальные успели вылезти из кухонного окна по пожарной лестнице и прятались на крыше; Марго вывернула шубу наизнанку и сидела, положив ее на колени, Рудольф, в двубортном пиджаке, узких брюках и ковбойских сапогах, прятался поодаль, вытянувшись за трубой. Когда полицейские его схватили, он не пытался сопротивляться, «но и особенно не радовался», когда его привели в гостиную вместе с другими. Так как никто не признался в том, что он владелец квартиры, полицейские обвинили всех в незаконном проникновении. «Вас доставят в участок, снимут отпечатки пальцев и оформят».
