Несмотря на разлуку с сыном, Руфь наслаждалась жизнью у моря, и прежде всего радовало быстрое – не только день ото дня, но и от часа к часу – выздоровление Элизабет. К тому же, по распоряжению доктора, уроки были сокращены до минимума, и появилось время для долгих неспешных прогулок. А если небо темнело, угрожая бурей и дождем, в доме с прекрасным видом из окон было уютно.
Большой особняк стоял на вершине почти нависавшей над берегом скалы. Конечно, вниз вели крутые причудливые тропинки, но из дома они не просматривались. Пожилые и немощные сочли бы такое расположение неудобным и открытым всем ветрам: по этой причине владелец даже хотел его продать, – но нынешние обитатели, напротив, считали неудобство и открытость достоинством. Из каждого обращенного к морю окна они наблюдали, как на горизонте собираются и выстраиваются в боевом порядке тучи. Вскоре тяжелый темный купол уже полностью закрывал небо, а между небом и живой зеленью земли возникало пурпурное свечение, отчего угроза превращалась в красоту. Спустя еще несколько минут дом оказывался в плену дождя. Потоки воды скрывали небо, море и землю – и вдруг буря успокаивалась, умытое солнце освещало листву и траву, снова пробовали голос птицы, а со всех сторон доносилось журчание водяных потоков.
– Ах, если бы папа купил этот дом! – воскликнула Элизабет после одной из таких бурь, которую наблюдала с зарождения первого облака и до появления первого солнечного луча.
– Боюсь, маме он совсем не понравится, – возразила Мери. – Наши прекрасные ветры она назовет сквозняками и будет все время опасаться, что мы непременно простудимся.
– Зато Джемайма нас поддержит. Но как же долго не возвращается миссис Денбай! Надеюсь, что когда начался дождь, она была уже неподалеку от почты!
Руфь отправилась в деревенский магазин в полумиле от дома, где почтальон оставлял все пришедшие письма. Она ожидала одно-единственное, с информацией о сыне, но получила два. Второе прислал мистер Брэдшо, и новость, которую оно содержало, оказалась удивительнее самого письма. Мистер Брэдшо сообщал, что планирует в субботу, к обеду, приехать в «Орлиное гнездо» (так назывался дом), привезти с собой мистера Донна и еще одного-двух джентльменов и провести воскресенье на море! Далее в письме содержались подробные указания насчет хозяйственных приготовлений. Обед назначался на шесть часов, однако Руфь и девочки должны были пообедать заранее. На день раньше гостей следовало ожидать профессиональную повариху с продуктами, которые нельзя купить на месте. Руфи предстояло нанять официанта из гостиницы, и именно это поручение ее задержало. Пока сидела в салоне в ожидании хозяйки, она пыталась понять, зачем мистеру Брэдшо понадобилось везти в Абермут этого странного джентльмена, создавая себе массу хлопот.
На самом же деле существовало так много мелких причин, побудивших хозяина предпринять странный шаг, что она не смогла бы угадать и половины. Во-первых, от полноты души мисс Бенсон рассказала миссис Брэдшо о намерении брата произнести проповедь о христианском взгляде на связанные с политическими правами обязанности. А поскольку миссис Брэдшо передала новость супругу, тот решил в воскресенье вообще не посещать часовню, заподозрив, что по христианским понятиям – в соответствии с божественным стандартом истины и чистоты – подкуп не получит полного одобрения. В то же время он молча пришел к пониманию необходимости раздачи «пакетов», о чем, конечно, как он сам, так и мистер Донн должны оставаться в неведении. И все же услышать накануне выборов, что взятки, пусть даже названные другими словами, являются прямым прегрешением, было бы крайне неуместно. Тем более неуместно, что раз-другой мистеру Бенсону удавалось против воли знатного прихожанина убедить того в необходимости отказаться от определенных действий. И мистер Брэдшо на самом деле отказывался, причем даже не переживая об ущербе для собственных интересов. А если мистер Донн (которого он собирался привести в часовню в качестве законной добычи диссентеров) также поддастся убеждению, то Кранворты непременно победят, а сам мистер Брэдшо станет посмешищем всего Эклстона. Нет! В данном случае подкуп был необходим и позволен. Но до чего же жаль, что человеческая натура настолько продажна! Если его кандидат победит, то он удвоит пожертвования школам, чтобы молодое поколение лучше училось. Существовали и другие причины, укрепившие мистера Брэдшо в блестящей идее отправиться в Абермут; некоторые относились к общественным делам, а некоторые – к домашним обстоятельствам. Например, мистер Брэдшо давно ввел в семье холодные обеды по воскресеньям, причем очень гордился собственной строгостью. И все же вряд ли мистер Донн ради совести с радостью жевал бы холодное мясо.
