Но незаметно сделать Элька ничего не умела, вечно лезла напролом и топала как слон, так что мать ее засекла и не поверила ее словам. А возможно, давно уже подозревала, что ее доченька вовсе не такая славная, как ей хотелось думать.
Увидев, что я спокойно сплю в шкафу, Элька ушла в нашу комнату, и инцидент был бы исчерпан, если бы вернувшийся отец не хватился одной вещи, которая всегда стояла на столе у деда. Это было бронзовое пресс-папье в виде кудрявого мальчика, играющего с такой же кудрявой собакой. Отец машинально обратил взгляд на стол, а поскольку всегда привык там видеть некоторые вещи, то и спросил, где оно? Элька отпиралась яростно и пыталась свалить все на меня, но тут отец ей не поверил, заодно вскрылась история со шкафом.
Я осмелела и выложила все про Элькиных подружек и про сигареты, которые она прячет в ванной за трубой, я же когда-то по глупости и показала ей этот тайник.
Отца больше интересовало пресс-папье.
Выручила меня соседка, она как раз явилась жаловаться на компанию девиц, они громко шумели, пачкали на лестнице и на ее замечание ответили ей грубо.
Вероника Аркадьевна собралась идти на поиски воровок, но отец вдруг побледнел, схватился за сердце и упал в кресло. Она бросилась к нему, потом заметалась по квартире в поисках телефона.
«Скорую» вызвала та же соседка, но к тому времени отцу стало лучше. Врач посмотрел его диагноз, сделал укол и уехал. Отец заснул, а Вероника Аркадьевна провела с нами беседу о том, что отец очень болен и ему совершенно нельзя волноваться. Так что мы должны об этом всегда помнить.
После ее ухода Элька сказала мне злорадным шепотом, что если отец умрет, меня непременно сдадут в детский дом и квартира останется им с матерью.
Я так испугалась, что даже ничего ей не ответила.
Все эти давние воспоминания пронеслись в голове в течение минуты…
Дверцы шкафа закрылись за мной.
Я осторожно шагнула вперед…
И внезапно оказалась на просторном балконе.
Подо мной серебрилась Нева, по другую ее сторону сверкал шпиль Петропавловской крепости.
На балконе стоял столик, на нем – кофейник и две чашки, рядом – два стула.
Старичок отодвинул один из этих стульев:
– Садитесь! Думаю, чашка кофе вам не повредит!
– Как мы сюда попали? – спросила я удивленно.
– Ой, это не самое главное! – Старичок небрежно махнул рукой. – Да садитесь же!
Я послушно села.
Он разлил кофе в чашки и сел напротив меня.
– У вас наверняка накопилось много вопросов, – проговорил он, отпив кофе.
Я кивнула и тоже сделала глоток.
Кофе был удивительно ароматный.
– На все ваши вопросы я не смогу ответить, но на некоторые… вы ведь уже нашли несколько книг из моей библиотеки…
– Из вашей? Значит, вы – тот самый доктор Мельц?
– Совершенно верно. Откройте ту книгу, которая у вас в руках.
Я послушно открыла книгу на первой странице – там, где стоял экслибрис.
– Вы ведь это уже видели. Но вот поняли ли, что обозначает этот рисунок?
– У меня была какая-то догадка, но…
– Поверните книгу боком.
Я повернула книгу.
– Теперь посмотрите – что это вам напоминает?
Я снова взглянула на экслибрис.
Теперь три книги не лежали стопкой, а стояли в ряд – слева одна, открытая, похожая на латинскую букву V, или римскую пятерку, рядом – еще две, закрытые, похожие на римскую единицу.
– Кажется, это похоже на римскую цифру семь… – проговорила я неуверенно.
– Совершенно верно! – обрадовался доктор Мельц. – Я знал, что вы догадаетесь!
– И что это значит?
– Это значит, что существуют семь книг, в каждую из которых вшиты страницы из манускрипта.
Он внезапно замолчал.
Воспользовавшись этой паузой, я спросила:
– О каком манускрипте вы говорите?
– Вы, конечно, видели, что в книги, отмеченные этим экслибрисом, вшиты стопки листов, заполненных от руки?
– Да. – Я кивнула.
– Это части рукописи, или манускрипта, который я когда-то нашел у одного старого букиниста… В свое время мне пришлось разделить этот манускрипт, потому что целый он был слишком опасен, если бы достался людям, которые за ним охотились…
– На каком языке написан этот манускрипт?
– Вот это – самый важный вопрос! – Мой собеседник энергичным жестом подчеркнул свою фразу. – Над этим вопросом безуспешно бились многие умнейшие люди!
– И что, безуспешно?
– Безуспешно! – подтвердил старик с какой-то странной гордостью. – Но проблема была в том, что никто из них не держал в руках одновременно все семь фрагментов манускрипта. У кого-то был один, у кого-то два… а этого было недостаточно для того, чтобы расшифровать текст, чтобы понять, что он значит…
– А рисунки? Что значат эти странные рисунки на полях манускрипта?
– Вот правильный вопрос! Я уверен, что как раз эти рисунки и являются ключом к расшифровке.
Вдруг старик насторожился, словно к чему-то прислушиваясь. В следующее мгновение и я услышала доносящиеся из его кармана музыкальные такты – судя по всему, это был рингтон его мобильного телефона.
– Извините, я должен обязательно ответить на этот звонок! – С этими словами старик встал, достал из кармана телефон и вышел с балкона.
Я допила кофе и взглянула на часы.
Что-то слишком долго он разговаривает…
Потемнело.
