— Особенно, когда ты уже наелся. Молчи и ешь через силу. Кто сказал, что процесс должен приносить удовольствие? Терпи и жуй. Супер логика! — Я дошел до холодильника и достал еще одну банку пива. — Ладно, допустим, тебе так нравится себя насиловать — дело твое. Но есть же какие-то элементарные вещи, связанные с безопасностью и здоровьем! Например, что овощи не должны быть подпорченными, мясо и рыба нужны свежие, а молочка без кислого привкуса. Замораживать мясо — не только убить весь вкус и аромат в нем, но и риск получить потом испорченную еду!
— Ну а что оставалось, если срок уже вышел? — Рина жалостливо посмотрела на несчастный предмет спора.
— Как это вышел?! Ты сейчас что, собралась готовить просроченные продукты? Молодец! Отличное, взрослое решение. Пятерка тебе по готовке!
Вот теперь я начал заводиться всерьез. Дико раздражало такое наплевательское отношение к себе.
— О, ты освоил сарказм? — Рина даже улыбнулась. — Да там всего-то пара дней. В магазинах сроки всегда специально ставят меньше допустимого!
— Ну-ка, поднеси его поближе к камере, — сурово приказал я.
— Зачем? — Она как раз взяла в руки тарелку со злосчастным мясом и, услышав мои слова, испуганно прижала ее к себе. Словно я планировал покушение на настоящее сокровище.
— Давай-давай, ближе! — повторил я. — Не бойся, не украду.
С опаской, она все же поднесла тарелку к экрану.
— И что ты там хочешь увидеть?
Я присмотрелся повнимательнее. Так и есть: жировые прослойки были характерного серого оттенка.
— Выкидывай! — вынес я вердикт. — Оно испорчено.
Рина недоверчиво принюхалась. По тому, как она чуть сморщила носик, стало понятно, что легкий аромат тоже присутствовал.
— Жалко… — грустно протянула она, пожимая плечами.
— Жалко у пчелки, а у тебя отравление будет! — Я все-таки психанул и сорвался на крик. — Просидишь ночь на фарфоровом цветке — тоже себя насекомым почувствуешь! Не тупи и выбрасывай, я сказал!
Видя, что спорить бесполезно, — а смысл, если я прав, — она не без усилия все же отправила испорченный продукт в мусорную корзину.
— И стоило ради этого так орать? — сокрушенно вздохнула непутевая дурилка. — Нет, характер у тебя, конечно, ужас! Из-за такой мелочи накричать на другого человека.
— Мелочи? — В голове не укладывалась такая формулировка. — Это собственное-то здоровье для тебя мелочь?
— Тогда мог бы спокойно объяснить. Как ты вообще умудряешься приготовить хоть что-то, с твоими-то требованиями? Или ты воздухом питаешься?
— Сейчас не обо мне речь. И я пытался объяснить, только ты не слушала.
— Значит, плохо пытался. — Рина подошла к холодильнику и с печальным видом принялась изучать его содержимое. — Ну и что я теперь есть буду? Я все еще голодная, знаешь ли. Взял и испортил мне ужин, а еще друг, называется.
— Не трогал я твой ужин, можешь сама себе спасибо сказать. — Я даже прифигел от такого поворота. — И собственной халатности в обращении с продуктами питания. Ладно, показывай, что у тебя есть!
Неудавшаяся кулинарка взяла ноутбук со стола и поднесла к открытому холодильнику.
Я невольно присвистнул. Да уж, выбор, прямо скажем, был небольшой. Точнее, его совсем не было. Чем она вообще питается? Чипсами и колой? Нет, были, конечно и яйца, и сыр, и молоко со сливками, даже кусок грудинки нашелся. Зелень какая-то тоже виднелась, но через экран не разобрать. Скорее всего, стандартный набор: укроп-лучок-петрушка.
— Не густо, прямо скажем, — вынес я вердикт.
— Да времени особо в магазин сходить не было. — Рина развела руками, словно оправдываясь.
Картинка крутанулась и ноутбук вернулся на исходное место.
— Чем же ты занималась весь день?
— Ой, да разным! Там мелочь, тут мелочь…
— Не хочешь — не рассказывай. Вернемся к готовке, — предложил я. — Так ты хочешь что-нибудь итальянское?
— А это возможно? Мясо-то мы выбросили.
— Возможно все, было бы желание и мастерство. Знаешь, почему итальянскую кухню называют «кухней бедных»?
— Почему?
— Да потому что набор продуктов, чтобы приготовить что-то вкусное, может быть любым! Просто берешь все, что есть в холодильнике, мелко крошишь и кладешь на тесто — будет тебе пицца. А если все то же самое добавить в макароны плюс соус — будет паста. А если бросить на сковородку и залить яйцом — вот тебе и фриттата на завтрак! В твоем случае — на ужин.
— Хочешь предложить мне сделать фритатту? — Рина скептически выгнула бровь. — Знаешь, это жульничество какое-то получается: даже напрягаться не надо!
— Окей. Давай, сделаем пасту! У тебя есть макароны?
— Да, вроде в шкафчике еще должны были оставаться. Сейчас посмотрю!
В камере отразилось, как Рина полезла в один из верхних ящиков. От того, как она потянулась вверх, футболка задралась, оголяя поясницу. И две очень соблазнительные ямочки Венеры внизу спины. И аппетитную попку, которую обтягивали простые домашние штаны.
Поймав себя на том, что откровенно любуюсь таким видом, я усилием воли отвел взгляд от экрана: нехорошо так подсматривать, когда девушка не видит.
— Есть спагетти! — заявила она с довольным видом, победно размахивая найденной упаковкой.
— Отлично! Будем готовить Карбонару.
