- Нет. Мать Сигран рассказала мне о его детстве. Варнак родился мертвым, его задушила пуповина, обмотавшаяся вокруг шеи. Повитуха спасла его, но это был знак судьбы. Варнак не должен был жить – и выжил.
- Чепуха какая! Мало ли таких случаев бывает?
- Варнак был отмечен Митарой. Это не простое совпадение.
- И ты думаешь, что я тоже могу быть избранником Митары, так? Именно поэтому ты не перерезала мне горло во сне?
Кайлани не ответила, лишь кивнула. И Эндре внезапно ощутил сильнейшее желание обнять ее, прижать ее голову к своей груди – и утешить.
- Ты чего-то боишься? – спросил он.
- Варнак тоже может попасть под власть Темных. Может, потому он и молчит.
- А я думаю, все не так плохо. Если твой друг Варнак и впрямь такой замечательный охотник, как ты рассказываешь, он поймет, что мы с тобой живы и здоровы.
- С чего ты взял?
- Следы, милая. Сорочий Приют сгорел, но наши следы остались. Снегопада и ветра не было два дня, и Варнак сможет проследить нас от самого Сорочьего Приюта. А это значит, нам надо подождать еще немного. Мы нашли неплохое убежище. Мертвецов поблизости нет, иначе они бы уже зашли к нам на огонек. А в Оплот мы всегда успеем.
- Все верно!
Эндре вздрогнул и обернулся на голос. А миг спустя Кайлани с радостным визгом бросилась на шею высокому мужчине, стоявшему в дверях мельницы.
- Ой, Варнак! – восклицала она. – Наконец-то! Я так боялась, я…
- Все в порядке, Кайлани, - охотник поцеловал девушку, а потом мягко высвободился из ее объятий и шагнул к Эндре. Следом за ним вошли два сида, совсем еще дети.
- Меня схватили Серые, - сказал Варнак. – Ихрам, мерзавец, продал меня с потрохами. Они забрали у меня камень и филактерию. А ты, верно, и есть рыцарь-вампир, верно?
- Рыцарь – да, насчет вампира сомневаюсь, - Эндре встал напротив охотника и принял ту же позу, что и Варнак: руки заложены за поясной ремень, правая нога слегка выставлена вперед. Поза уверенного в своих силах воина, ведущего переговоры с возможным врагом. – Меня зовут Эндре Детцен.
- Я знаю, Кайлани назвала мне твое имя. И я на самом деле чувствую, что с тобой что-то не так.
- Это хорошо или плохо?
- Не знаю. Пока я знаю только одно – ты помог Кайлани, которая мне очень дорога. И за это я не убью тебя.
- Убьешь? Я тоже умею убивать, Варнак, - ответил Эндре. – Если хочешь, докажу.
- Я не против, - Варнак сверкнул глазами. – Но твоя смерть не принесет нам пользы. Пока не принесет. Твою судьбу решат Наставники.
- Свою судьбу я буду решать сам, воин, - Эндре почувствовал злость. – Если ты с этим не согласен – меч из ножен долой!
- Нет! – внезапно крикнула Кайлани. – Еще не хватало, чтобы вы дрались тут из-за меня.
Эндре усмехнулся. Варнак был серьезен. В его серых глазах затаились огоньки гнева, но охотник, овладев собой, не дал гневу вырваться.
- Дай мне Духов Камень, Кайлани, - сказал он. Девушка взяла сумку, достала кристалл и протянула охотнику.
- Оставайтесь тут, - велел Варнак сидам и вышел. Эндре посмотрел на Кайлани, но ее глаза были пусты.
***
Артон обожал такие мгновения. Те мгновения, в которые он особенно остро чувствовал, что его воле подвластны тысячи людей.
Молодой император стоял на краю нависшего над дорогой невысокого обрыва и смотрел, как мимо него проходят войска. Первой мимо своего императора прошли союзники – шесть сотен конников, присланных хаутами, племенным союзом, который покорил когда-то его дед. Лица конных хаутов и наконечники их длинных копий были вымазаны алой краской, символизирующей кровь врагов, а медные и бронзовые колокольчики, которыми обшивались края кожаных попон их коней, звенели дружно и весело. Хауты пронеслись мимо Артона с боевыми кличами, и далее на дороге появились сотни легиона «Вестриаль» - одного из самых прославленных в имперской армии. Проходя мимо императора, воины по знаку сотников разом ударили рукоятями мечей в свои большие овальные щиты, и гром, подобный грохоту камнепада в горах, пронесся над дорогой. Император поднял руку, приветствуя своих воинов.
- Veria valla! – древний боевой клич вестрийцев прозвучал над долиной грозно и протяжно.
- Valla vorem! – крикнул в ответ император.
