- Праведников, - с фанатичным блеском в глазах повторил Гариан. - Тех, кто готов, не колеблясь, отдать жизнь за Божье дело. Кто не боится ни боли, ни страдания, ни муки, но ищет их с рвением и претерпевает с радостью. Мы, святое братство, веками служим империи, не считаясь ни с какими жертвами. Нам даны откровения, которых вы, люди мира, не знаете. В том ваше счастье, ибо великая боль в каждом слове этих откровений. Господь наш скорбит, видя наполнившее наши земли нечестие, и призывает нас сразиться и отдать жизни за торжество истины. И если кто сомневается в решимости святого братства раз и навсегда одолеть скверну, то я говорю вам, сомневающиеся - мы сразим зло. Ни смерть, ни муки не пугают нас, ибо за нами Господь, и с его помощью мы одолеем любое телесное страдание, и даже найдем в нем радость. Есть лишь одна мука, которой я не могу осилить - это боль за тех, кто ныне остался там, на землях зачумленных и каждый час молит Господа о помощи и сострадании. Говорят пророчества: " Горе вам, горе всем, рожденным и вскормленным в это время, ибо не будет вам спасения от ярости Бездны и слуг ее, подобных теням ночным, подстерегающим вас на путях ваших! И кто побежит в поле, погибнет там, и кто побежит в горы, не найдет там спасения. И дам вам знамения и знаки, говорящие, что близится конец мира сего, и вострепещут сердца ваши". - Гариан обвел взглядом притихших сановников и остановил горящий взгляд на императоре. - Господь дал мне взгляд, которым я вижу будущее, и оно пугает меня. Отгоняю от себя ужас и тоску, но возвращаются они, стоит мне лишь закрыть глаза. И что мне боль тела, если душа моя болит? О Спасителе все мысли мои, и нет мне покоя ни днем, ни ночью!
С этими словами Гариан сбросил плащ и рванул балахон из темной бязи, надетый на голое тело, обнажив спину и плечи, исхлестанные плетью. А потом оглядел членом Совета, и никто не мог выдержать его взгляд, опускал глаза. Даже Марий Ателла перестал улыбаться.
- Вот раны, которые я наношу себе, чтобы не забыть о своем долге, - добавил Гариан, - и они ничто в сравнении с ранами, что усыпали сердце мое! Я жду вашего решения, сильные мира сего, каким бы оно ни было.
Подбежавший послушник набросил на истерзанные, покрытые засохшей кровью плечи верховного инквизитора плащ, и Гариан вернулся к остальным собратьям. Артон понял, что пришло время говорить.
- Серые братья сказали свое слово, - произнес он, встав с трона, - и оно услышано. Нас впечатлили красноречие и искренность отца Гариана. То, что происходит в Кревелоге и Йоре, пугает нас не меньше иерархов Братства. Долг императора - защитить подданных от врага, естественного или сверхъестественного. Поэтому мы говорим совету - , если совет решит, мы готовы лично возглавить войско для блага страны и во исполнение Божьей воли.
- Ваше величество, но разве наместник императора в войске не представляет личность самого императора? - возразил Матео Дарнис. - Любой из нас будет счастлив и горд взять на себя такую почетную обязанность.
- Наш великий дед Веларий Второй сам водил войско, лорд Дарнис, - сказал император с улыбкой. - Он покрыл свое имя такой славой, что враги не раз бежали, узнав о приближении императорского войска. Почему мы не можем повторить деяния нашего славного деда?
- Веларий Второй воевал с людьми, - вставил Ателла, - а вы, государь, будете воевать с призраками.
- Воевать будем мы! - крикнул Гариан, да так громко, что многие из придворных вздрогнули, - Честь же победы достанется его величеству, ибо он возглавит поход. Тайные пророчества указывают на него, как на истинного Спасителя. Он должен быть в войске, чтобы людская молва приписала ему честь победы над злом, обрушившимся на империю.
- С чего вы взяли что наш государь и есть Спаситель, о котором вы все время нам говорите? - поморщился Ателла.
- Имеющий глаза да увидит, - ответил Гариан. - Вот он, перед вами, текст древних пророчеств, которые повествуют о событиях нашего времени. Сказано в них: "Молите о том, кто, подобно мечу, рассечет небо на золотых крыльях и вернет вам надежду." Разве не золотой орел в гербе дома Велариев? Разве не о его величестве это сказано?
- Отец Гариан не сказал самого главного, - Маций Роллин встал со своего места. - По его плану императору предстоит отправиться на север Йора, в какое-то древнее капище местных язычников, и уничтожить его.
- Все верно, - инквизитор кивнул. - В последний оплот сил Зла на этой земле. Император должен своей пятой растоптать змею, и тогда все будет кончено.
- "Ты чего-то не договориваешь, - подумал Артон, глядя на инквизитора. - Чего-то очень важного для меня. Что ты задумал, Гариан? Ах, если бы я мог заглянуть в твои мысли и увидеть то, что ты так старательно прячешь за красивыми словами! Но я не могу. Я не могу покориться твоей воле, но я не хочу оставаться в стороне и допустить, чтобы кто-то поднял мой меч вместо меня..."
