Разлепив на рассвете глаза, он тяжело поднялся, чувствуя разбитость по всему туловищу и особенно в голове. Рядом паслись, его верный конь Буян и ... Злоба. Наверно она по следам дорогу нашла, или ночью Буян позвал ее, но то, что она здесь мирно щипала траву, помахивая хвостом, это казалось очевидным. Никита глотнул лечебного зелья из бутылочки, выточенной из крепкого дерева, и почувствовал себя бодрее. Огляделся богатырь кругом и не увидев Алеши, вспомнил все, что произошло вчера. Никита помрачнел, разозлился и начал корить себя:
- Эх, непутевый, не уберег парня, надо было рядом находится, не рвать, все на себя.
- Но, что же делать? Искать! - говорил взявший себя в руки воевода. - Выследить, отбить! Одолеть хоть всю орду, но идти вперед и искать.
- Он жив, обязательно Алеша жив, - бодрил себя Никита.
Он подозвал Буяна, погладил по морде и крепко прижал к груди.
- Опять ты, меня выручил, друг ты, мой верный, меня непутевого, прозевал я Алешку. Ну ладно, хорош слезы лить. В путь, на поиски, надо найти Алексея!
Взобравшись в седло, Никита развернул коня и позвал:
- Эй, непутевая, поди сюда, поедем твоего хозяина искать.
Злобу долго упрашивать не пришлось, она подошла и виновато ткнула морду Никите в ладонь, воевода взял узду и привязал к седлу, так они и тронулись в путь.
Оказывается вчера Буян перенес Никиту на другой край долины. Откуда с редкими порывами ветра доносился шум моря. Повернув от побережья, воевода заприметил вдали лес и направился в ту сторону. Через два часа он достиг места, где вчера происходила битва. Подъезжая, он вспугнул тучу стервятников, пировавших над мертвыми телами дикарей. Не церемонясь, острыми клювами, они разрывали лежащие трупы и пронзительно крича, ссорились между собой.
Осмотрев разбросанные по полю тела, и не найдя Алеши, немного отлегло от сердца.
'Он, жив, он точно жив', - все твердил про себя воевода.
Повернувши коня к лесу, он направился туда, откуда вчера наступали магваны. Оказавшись под деревьями, Никита спешился и стал внимательно смотреть под ноги. Вскоре он обнаружил четкий след на прошлогодней листве, как что-то тяжелое волокли по земле. Никита двинулся по следу. Дорожка смятых листьев вела напролом сквозь кусты, минуя ручей. Перебравшись через воду, воевода выбрался на поляну, где торчали остатки остова от круглого магванского шатра, несколько кострищ и множество обглоданных костей валялось вокруг.
- Ого, да тут, целый стан стоял, - воскликнул Никита, оглядывая становище.
Воевода потрогал пепел от костра, он еще хранил тепло.
'Значит, ушли ночью', - предположил богатырь.
Обойдя поляну, на самом краю воевода приметил четкие следы от телеги. Нагнувшись, Никита внимательно рассматривал глубокие отметины, на мягкой лесной почве:
- Да, тут не одна, а две или три повозки будет, - воскликнул снова воевода, - Груз видно какой-то повезли. Что за груз интересно.
Сев на коня, он продолжил путь по четким следам повозок. Вскоре закончился лес и следы вывели на плато, и тянулись в сторону побережья. Временами, где выступали камни, след пропадал, но воевода его легко находил, там где появлялась земля.
- Наверно подались к морю, - подумал вслух Никита и пришпорил коня.
Так оно и было.
Алеша придя в себя, помнил только, страшный удар сзади, и как он падал с лошади. Повернув с трудом голову, его затылок пронзила острая боль. Пересилив боль, он попытался осмотреться. Алеша чувствовал, что руки его крепко связаны сыромятным ремнем сзади, а за шею он был привязан толстой веревкой и этот канат тянулся к колу, забитому в землю. Оглядевшись еще, Алеша заметил и других пленников, скрученных также как он. Попытавшись приподняться, вдруг резко накатил жар, в глазах потемнело, в голове начали стучать гулкие молоты, и он оставил все попытки встать.
Пленных, вместе с Алешей, насчитывалось шестнадцать человек, все они лежали молча, рассматривая своих грубых пленителей. Четыре женщины и двенадцать мужчин. Это были люди из сгоревшей деревни, мимо которой проезжали богатыри, там же варвары забрали и две повозки с лошадьми.
Наступил вечер. Магваны сидели возле костров и обгладывали кости, бранясь на грубом наречии, показывая желтые клыки, и кивали на пленников. Из шатра показался вождь, совсем не отличавшийся от остальных, кроме окружавшего его шею ошейника из самоцветных камней, и приказал собираться в дорогу. Дикари принялись разбирать шатер, грузить на телегу, затем взялись за пленников. Раненых бросали в повозки как мешки, остальных поднимали пинками и привязывали вереницей к телегам.
Магваны в основном продвигались ночью, они не любили палящее солнце. Их родина побережье Неизведанной земли, обладало мягким влажным климатом, и они не привыкли к жаркому засушливому лету.
Отряд вместе с телегами, выдвинулся, как только стемнело. Варвары разделились на две группы. В авангарде шел вождь с десятком воинов, за ними тянулись повозки с пленными и награбленным скарбом, а чуть отстав, брели все остальные.
