— Хек! — крякнул Пиренгул, перебивая излияния друга. — Это у него присутствует, Максад, доля истины в твоих словах есть, только… Да без разницы мне, правду он Гелингин показывал или хвостом пушил! И с тобой, уважаемый Отиг, я не могу согласиться! — Пылающий по привычке немного воспалился (в переносном смысле, разумеется). — Что значит «совокупная Воля»? Привыкли вы, магистры и бакалавры о высоких матерях рассуждать, философствовать, а мы, мастера — практики о том не задумываемся. Боги устроили мир, оставили свои законы и ушли. По какой причине — не имеет значения… Извини, Отиг, в данный момент не до пространных размышлений, — остановил он попытавшегося было что-то вставить магистра. — Были боги — ушли, а с ними ушла Сила. Вот людям и приходится изворачиваться… кстати, на жестких неизменных законах мироздания можно придумать разные ухищрения для замены структур из Силы. И они будут действовать всегда, безотказно… как наши баллисты, например… У нас с Русом целый спор о них вышел во время отражения Нашествия…
— Эх, Пиренгул, — вздохнул Отиг, улыбаясь как бы вовнутрь, каким-то своим потаенным мыслям. Совсем не обидно. — Совокупная Воля людей и уход Богов — события, я уверен, связанные. Но согласен, сейчас не время для дискурса. Тем более, я надеюсь, все со мной согласны в том, что Рус выделен богами и не все люди его мира такие же, как он. Далеко не все…
— Люди везде одинаковы… — вставил Максад. А он, главный безопасник теперь уже нескольких княжеств, имеющий агентуру во всей ойкумене, знал о чем говорил.
— И я о том же. Руса можно смело считать человеком, но все же не совсем. Умолчим о его внутренней вселенной, коей нет более ни у кого, даже у самых Величайших магистров, о связях с богами, об участии его в Ссоре… как-то туманно он объяснил свое участие в ней, не находите? — С магистром молча согласились. — А его структуры? Ведь главное не в их необычности, а в том, что они легко встраиваются в наш мир. Заметил, Пиренгул?
Князь удивлено посмотрел на магистра-Хранящего. Об этой стороне Русовских нововведений он не задумывался и, как ему казалось, не замечал ничего подобного.
— Хм, — еще раз неоскорбительно усмехнулся Отиг. — Когда пропали Звездные тропы, никто не мог найти им замену, а твой зять, оказывается, пользовался своей «ямой» еще до того, тогда, когда Эребус не был изгнан. А что произошло после? Стоило ему рассказать одному-двум магам о путях через расслоения реальности и пошло. Теперь даже дальние ордена, о Русе и слыхом не слыхавшие, самостоятельно создают собственные «ямы», да «жерла». Да, да, князь мы и до Руса знали о расслоениях, но разве кто-нибудь задумывался об их использовании? О методах поиска нужного расщепления пространства, коих неисчислимо, да все разные — вообще промолчу. Разве я не прав? Что это? Согласен, это скорее не изменение законов мироздания, но совокупной Воли. По крайней мере склонных к Силе, а не всех людей.
Пиренгул не нашел изъяна в рассуждениях магистра. Настроение его почему-то испортилось.
— А взять «универсальную защиту», — Отиг вытащил из-за туники нательный изумрудный крестик, с помощью бронзовой цепочки надетый на шею. — Ты внимательно изучал её структуру?
— Достаточно. — Хмуро ответил Пылающий. — Я даже сам потрудился переписать её на Силу Пирения. Замысловато, конечно, но не очень сложно… ну, не разглядишь еще структуру в амулете. Если бы Андрей не показал воочию, не расписал, то сам бы не разобрался, — и насуплено замолчал. Не нравилась ему эта пресловутая «совокупная Воля», хоть вулканом рви! Не понимал Пылающий-практик таких абстракций, и не желал понимать. А Андрей, прекрасно разбираясь в местных многовековых магических реалиях, в крепкой школе «старых» магов (себя он давно причислил к «новым»), никого не стал искушать понятиями Слово, «посвящение самому себе», которое происходило в момент «привязки» артефакта. Он не распространялся на эту тему.
— А как тебе «привязка» амулета? — продолжал наседать Отиг.
— Обычная, — сквозь зубы процедил Пиренгул. — При отсутствии доступа к астральному телу — самая надежная, через кровь. Ауре я никогда не доверял.
— Не горячись, уважаемый Пылающий, — доброжелательным успокаивающим располагающим к себе тоном сказал Отиг, замечая раздражение собеседника. — Просто я, согласись, маг более знающий. Я внимательно исследовал ту структуру и обнаружил, что она состоит из рун. Неизвестных мне рун. Исходя из чутья опытного Хранящего, могу добавить — очень древних и очень простых рун. В структуре они выстраиваются кругом, где последняя смыкается с первой. Это сильно напоминает обвязку алтаря, посвященного неизвестному божеству. Поначалу я испугался. Напрягся так же, как сейчас вы с Максадом… да бросьте, не снимайте с себя «защиту», — руки тиренцев, потянувшиеся было к своим «крестикам», как бы осознали это судорожное движение, стыдливо дернулись и расслабленно опустились. И почти синхронно потянулись к винным фужерам.
