Папа кашлянул, явно намекая, что такие вопросы девушке задавать неприлично. По счастью, я догадалась навесить на него настроенную на себя одностороннюю тихушку, и Василий Петрович ничего не заметил.
— Видимо, мой амулет засбоил рядом с русалкой, — несколько неловко ответил Охотник. Он явно разделял папино мнение относительно неприличности таких вопросов. Вот Асавен сидел спокойно, но мерфитки вообще иначе видели правила приличия. Он только тихонько фыркнул, выражая свое отношение к амулетам Охотников. И тут я была с ним согласна.
— Всё с вами ясно, — просто чтобы что-то ответить заключила я. Что одна, что другой не рассчитали. Даром, что маги оба. И получился папа. В общем все как у людей. Сбросила маскировку: — Ладно, общайтесь.
И, поднявшись, направилась к выходу. Когда Асавен тоже вышел из гостиной, спросила:
— Сможешь подключить мой мобильный к местной магической сети? — протянула ему телефон.
— К маг. интернету? — уточнил мерфит, использовав термин на общемагическом. Я кивнула. — Смогу. А ты?
— А я пока послушаю, о чем они говорить будут, — я накинула маскировку уже на себя и проскользнула в специально не до конца прикрытую дверь. Надолго оставлять не способного защититься папу даже под щитами и с охраной рядом с Охотником мне не хотелось. Тем более что охрана-то моя, защищать его они вообще не обязаны, а значит не факт, что будут.
Надо сказать, вернулась я как раз вовремя, чтобы застать начало беседы — до этого родственники видимо просто пялились друг на друга.
— Валерий, — первым представился папа, протянув ладонь.
— Василий, — несколько заторможено ответил экс-глава управления. Он явно был слегка дезориентирован. Кажется, не учел моих способностей.
— Рад наконец-то с тобой познакомиться, — папа грустно усмехнулся. — Этот год вообще плодотворным выдался на знакомства с родными. Пусть и ценой всего того, что я строил предыдущие двадцать с лишним лет.
— Я не знал о тебе, — голос Василия Петровича звучал хрипло.
— Я в курсе. Илина Владимировна — моя дорогая матушка — скрыла моё существование от всех, включая родственников. Знаешь, из всей этой семейки, самые адекватные, на мой дилетантский взгляд, это дед и дядя. Да и те не без придури, — папа непривычно много болтал. И был чрезвычайно рассеян: в иной ситуации он бы заметил, как Василия передёрнуло при упоминании прадеда. Похоже, я была права — градоправитель всё же успел с ним пообщаться. Папа же явно нервничал и чувствовал себя не в своей тарелке. Потому и вел себя достаточно необычно. После сентенции о родственниках он без перехода, в лоб спросил: — А если бы знал? Что бы ты сделал?
— Воспитывал тебя, — без колебаний ответил Охотник. Для него, кажется, это было очевидным решением. — Один или с ней вместе без разницы. Но я бы тебя не бросил. — Пожалуй, чего-то такого я, немного изучив наставника Алексея, и ожидала. — А как бы на моём месте поступил ты?
Папа вопросу явно удивился, но сориентировался быстро: оглянулся в сторону двери, явно в поисках меня, встретился со мной взглядом и выдал:
— Точно так же.
Комок подкатил к горлу. Я даже не обратила внимания на то, что он смог увидеть через мою маскировку. Привалившись к стене, сглотнула. Дальнейшая беседа, поначалу неловкая, постепенно стала куда оживленнее. Папу интересовали родственники со стороны отца, его отношение к литературе и спорту. Василия — папины увлечения, специальность, работа. Мужчины явно старались узнать друг друга в кратчайшие сроки. И пока похоже оба были вполне довольны услышанным. Кстати, вопрос с вампирами, папа мастерски обошел, не став упоминать, от кого именно узнал о магии. Сообразил, видимо, после упоминания специализации и самого Василия, и его отца, погибшего как раз таки от рук вампиров, что Охотнику будет тяжело услышать подобное. И в принципе теперь я была согласна с папой. Ни к чему Василию Петровичу этого знать. Ему и так досталось в последнее время.
Вернувшийся с моим телефоном Асавен, взглядом указал мне на выход. А когда я выскользнула, сообщил:
— Я заказал вам обед. Подумал, что это будет хорошей идеей.
— Пожалуй. — Сама я об этом не подумала. — Спасибо.
