Но этот взгляд неожиданно выдал её. Тританнус заметил что-то раньше сестры, глаза его алчно блеснули, и он с неожиданной быстротой рванул в сторону кораллов, не обращая внимания на их жёсткие ветви.
Тресса бросилась ему наперерез, надеясь на свою скорость и… не успела. Тританнус, весь исцарапанный ветками, поднялся над кустами, недвусмысленно наставляя оружие на сестру. Откуда-то из кустов раздался писк шелок, и через несколько секунд маленькие русалочки выплыли из укрытия, но они запоздали.
Тресса молниеносно обнажила меч.
Увы, она понимала — это бессмысленно. У Тританнуса в руках — магия. Что ей с мечом против него? Но сдаваться не собиралась. Брат всё ещё слаб, да и подпитки отходами у него давно не было. Океан Андроса всегда был чист, откуда ему тут что-то взять?
Тританнус на несколько секунд замешкался, что дало Трессе время приблизиться. Та направила острие меча в незащищённый живот, не осмеливаясь поднять его выше. Тританнус резко выставил вперёд свой трезубец. И неизвестно, кто бы победил, если бы в трезубце не проснулась внезапно магия, видимо, каким-то чудом сохранившаяся там из старых запасов и теперь пробуждённая своим хозяином. Оружие окружило сине-фиолетовое свечение, смахивающее по цвету на нефть — эту противную человеческую вещь, которую люди зачем-то сливали в моря. Тресса похолодела, понимая, что от шелок помощи мало. Пара крошек вцепилась русалу в волосы, но он легко отмахнулся от них, как от надоедливых мальков.
Удар был сильным настолько, что шелки с единым писком отлетели в заросли несчастных кораллов и, похоже, потеряли там сознание от удара или боли. Тританнус усмехнулся, преображаясь и вновь становясь жутковатого вида чудовищем. Оно то ли завыло, то ли зарычало, кидая в Трессу сгустком изменяющего колдовства — всё-таки оно осталось в трезубце. А никто и не почувствовал этого при проверке.
Это были последние мысли Трессы перед тем, как она почувствовало, что тело её привычно не слушается, мутируя и становясь чем-то жутким. И сознание русалки угасло, уступив место простейшим рефлексам монстра.
А на Андросе тем временем наступил новый день. Обычный день, на первый взгляд.
Лиджия подозвала к себе Нереуса. Казначей отправился договариваться со стражей. Королеву тревожило, что дочь опаздывает, но она надеялась, что её просто задержали в Магиксе. Ведь наверняка из-за освобождения злодея люди устроили какую-нибудь бумажную волокиту. Сухопутные любят лишние проблемы.
…Сигнал был неожидан. Но — вполне в духе позера-казначея. Просто в один момент выстрелили все орудия дворца. Удивленные придворные рванули туда, на звук. Дорога для заговорщиков была открыта.
Лиджия охнула, но быстро сообразила, что это значит. Она и подоспевший сын поплыли к королю, находившемуся в своей спальне. Раньше Нептун не вылезал из кабинета — всегда занятый делами, в работе, но не в последние годы. Теперь он или сидел в тронном зале, или уединялся в своей отдельной спальне.
Судя по всему, и сейчас король был именно там, поэтому Лиджия и Нереус решили сначала наведаться в это место. Нептун сидел на большой кровати… и не в одиночестве. Лиджию при виде молоденькой фрейлины в постели мужа захлестнула волна неконтролируемой ярости, но материнский инстинкт взял верх, поэтому она предварительно вытолкнула сына из комнаты и захлопнула дверь.
— Та-ак… — зловеще произнесла она.
В это время к месту действия подоспел и казначей, но он сначала остановился у двери, рядом со смущённым и растерянным Нереусом. Приоткрыл дверь и заглянул в комнату, оценил картину, хмыкнул.
— Ну Нептун попа-ал, — протянул он.
Тем временем в комнате разворачивалась драма… или комедия. Лиджия нависла над кроватью, в руках она держала какую-то небольшую статуэтку, обычно спокойное лицо перекосилось от злости. Фрейлина билась об окно, как муха о стекло. А Нептун в изумлении то открывал, то закрывал рот, но ничего не мог сказать.
Казначей подумал, что прежний Неп бы давно отболтался. Но фрейлину нужно было спасать — все-таки трупы в планы мужчины не входили. А потому казначей рискнул вмешаться.
— Лиджи, дорогая, отпусти девушку, а? — лицо Нептуна перекосилось от ярости. Ну, как говорится, кто о чем… Ревность было свойственна и настоящему Нептуну, а уж этому, доведенному до паранойи тем более, так что он, несмотря на своё отвратительное поведение, умудрился “догадаться” о связи между казначеем и женой.
Лиджия презрительно фыркнула и кивнула. Её интересовал только муж.
Казначей подплыл к окну и с любезным видом открыл его. Фрейлина поспешно уплыла, даже не сказав ничего на прощание.
— Интересно, где же Тресса? — пробормотал обеспокоенный проскользнувший в спальню Нереус, глядя уплывающей русалке вслед, но его никто не услышал.
— Между прочим, очень удобное место, — Лиджия с мстительным видом потёрла ладони. — К кровати его и привяжем!
