В комнате нас встретил автоматически включившийся экран, постоянно крутилось одно и то же объявление, зачитываемое симпатичной дикторшей в сером костюме.
– …объявлено военное положение. До устранения угрозы вся полнота власти передается армейскому командованию. В городе объявляется комендантский час. Оставайтесь дома, не выходите на улицу без необходимости, не создавайте помехи городским службам и вооруженным силам. О всех подозрительных лицах либо событиях сообщайте по любому номеру тревожных служб, ближайшему полицейскому или военному…
Ситуация прояснилась только ближе к вечеру.
В Выжженных Землях обнаружили большую армию мутантов. Одна за другой прервалась связь с многочисленными фермами вокруг Красноярска, замолчал Ачинск. Армейские подразделения попадали в тщательно подготовленные засады, несли потери.
– С ума сошли, – проворчал Лешка. – Снова их всех с воздуха сожгут. Или СОУ зажарят. Слушай, – обратился он ко мне, – как они вообще выглядят-то?
– Мерзко, – ответил я. – Живучие очень… Я в одного стрелку всадил, а он дальше полз.
– Да? А я вот даже и не выстрелил ни разу…
– Да успеешь ещё… – бросила Ленка. – Вот, погляди.
Новости продолжались. Мутантов, пытавшихся переправиться через реку, накрыли с флаеров. Картинка смазанная, дергающаяся, можно разобрать, что вот река, вот берег, а потом все вдруг начинает взрываться и гореть, а потом опять та же река и берег, только на воде пепел, а на берегу все черное и обгорелое.
И пойми, то ли они разбежались, то ли они сгорели, то ли их там вообще не было.
– Может, чай заварю? – предложила Ленка. – Что просто так сидеть-то? Нас забыли, наверное…
– Давай, – сразу согласился Лешка.
– Тогда ты, чур, воду принесешь…
Следующая передача.
Диктор в старинном костюме-тройке мерно вещал про адаптов. Какая-то познавательная программа, что ли? Над его левым плечом в оранжевом прямоугольнике виднелись черно-белые картинки.
– …ареалы проживания.
Картинка слева надвинулась ближе, заняв весь экран. Посреди заснеженной ложбины устроились несколько десятков домов, больших, с острыми крышами, между ними в снегу протоптаны тропинки. Деревня. Камера плыла вперед.
Съемки разведывательного беспилотника? Очень похоже на то.
– Среднестатистическая деревня адаптов почти не отличается от поселений, существовавших в наших областях до войны. Это неудивительно, ведь адапты почти полностью копируют обычаи и быт наших предков.
Изображение укрупнилось.
– Для водоснабжения наши предки использовали колодцы. Колодец – это глубокая яма, достигающая водоносных слоев почвы, из-за чего на дне ее появляется вода. Воду поднимают наверх, опуская в колодец специальную посуду на веревке. В позднее время применяются насосы и прочие приспособления, украденные у нас. Как видно на экране, над колодцем расположены насос и примитивная очистная станция, так называемая стоковая. Иногда в ее состав входят примитивные фильтры из активированного угля. Со схемой очистной станции можно ознакомиться в сети на сайте нашего канала или в сетевой энциклопедии.
– Что хорошего? – Лешка вернулся с чайником. На столе уже стояли три приготовленные чашки с насыпанным чаем.
– Да вот что-то про адаптов показывают. Деревню их. Посмотри, может, интересно.
Лешка завалился на кровать и повернул голову, чтобы видеть экран.
– А, съемки с разведчиков. Видел, знаю. Мне как-то давно, еще до того, как таким стал, – Лешка стукнул по груди, – попалась книга по истории этого региона… Современной. С тех пор как… Ну, понимаешь. Таких съемок очень мало, их уже на цитаты растаскали где только можно. Разведчики далеко не забирались. Там, на Урале, погодные условия особенные. Бури, грозы, магнитные ловушки… К тому же ходят слухи, что мутанты как-то умудряются наши самолеты сбивать. Летит-летит себе, а потом р-раз, связь пропадает, и про самолет больше никто ничего не слышал. Тут даже корабль пропал. И несколько штурмовиков.
– Леш, – вдруг спросила Ленка, – а ты сам отсюда? Сибирь?
– Нет. Я из Нового.
– А ты? – повернулась Ленка ко мне.
– Подольск. Лен, а ты откуда?
– Чита. Это дальше в Сибирь, если кто не в курсе.
– Так там же в войну все разбомбили? – удивился Лешка.
– Нет, это старый город. Мы новый построили, на его месте. Сейчас отстраиваемся с нуля. Купол и оранжерею уже построили. А где, по-твоему, сейчас перевалочная станция рельса?
Лешка смешно почесал голову.
– Не знал, Лен, честно!
– Тоже мне, историей интересовался, – фыркнула Ленка. – Тут… А, да ладно. Ребят, чай готов, давайте!
Я взял свою чашку.
– Спасибо, Лен! С меня!
– Хорошо, ловлю на слове! – Ленка взяла чашку и села на свою кровать, мне в ноги.
Я чуть подвинулся, давая ей место и баюкая в руках горячую чашку чаю.
