– Да так. Показалось, что вот все спокойно было, тут, у нас. Сидели мы сидели… А вдруг хлоп, и пришла к нам война.
– Ну, тут народ так век уже живет…
Охрана притворилась, что их и нет на месте, мы втроем вошли в кабинет. Тамара сидела на своем месте, справа за столом пристроился Фролов. Тамара выглядела спокойно, а вот Фролов, такое впечатление, выдержал какой-то тяжелый разговор.
– Рассаживайтесь, – сказала Тамара. – Как с материалами про мутантов?
– Прочитали, – ответил я за всех.
– Хорошо, что хоть прочитали. Теперь вам представится случай применить это все на практике. С ночи была прервана связь с Ачинском. Частоты связи забиты «белым шумом». Отправленные туда беспилотники не отвечают. Патрульный флаер тоже пропал. Последняя телеметрия показывала облучение системами наведения… По заключению наших специалистов, там развернута серьезная система ПВО. Пока она там есть, сажать корабли в Красноярске нельзя.
– Откуда это у них? – спросил Лешка.
– Не важно, после победы разберемся! – сказала Тамара. – Итак, вас высаживают на том берегу, и вы ножками топаете до Ачинска, разведываете обстановку. Необходимо знать, что там происходит. Есть вопросы?
– Так… Есть же тяжелое вооружение! – вдруг вспомнил Лешка. – Подавить эти генераторы вместе с ПВО…
Тамара и Фролов переглянулись, Тамара подняла бровь.
– Биологическая станция одно название… – сказал Фролов. – В Ачинске довольно много постороннего населения. Там не только ученые и военные, там члены семей, друзья-знакомые, спецы к старым рудникам приглядывались, любопытствующие, как наши предки раньше жили… В Ачинске много чего сохранилось так, как до войны было. Там людей больше, чем кажется. Есть вероятность, что люди ещё живы. А тяжелое оружие не различает, где человек, а где мутант…
– Понятно… – протянул Лешка задумчиво.
– Кроме того, – добавил Фролов, – мутанты угоняют захваченных людей…
– Как там оказались люди, сейчас не имеет отношения к делу, – прервала его Тамара и посмотрела на нас. Не очень хорошо посмотрела, так смотрят на инструмент какой-то, с помощью которого можно что-то сделать. – Важно то, что они там есть. Поэтому применять оружие по площадям нельзя. Еще вопросы? Нет? Тогда… Присваиваю вам позывные «Семь-семь». Капитан Фролов, проводите группу «Семь-семь» в арсенал. Высадка завтра с утра. Сегодня подогнать оружие и отдыхать, это приказ. Все понятно?
– Так точно.
– Так выполнять.
Странно, что мутанты не трогали этот город раньше.
Ачинск был уже за границей, в тех местах, что когда-то негласно оставили мутантам. Других забот хватало. Потом спохватились, решили вернуться, поставить сюда биостанцию.
Биостанции были попыткой вернуть природу к довоенной норме. Сдерживать виды вредные и опасные, помогать видам нужным и полезным. Станция в Ачинске не самая крупная еще, были станции и в Поволжье, и в Средней Азии, и на Крайнем Севере, и на Амуре… На границах Старой Европы тоже были биостанции, но там легче, там природа сдохла до того, как предложила человечеству букет неприятностей.
До Ачинска провели дорогу, на скорую руку восстановили город, расставили оборудование. Послевоенная флора и фауна, уже начавшая потихоньку подъедать реликтовые леса, от здешних мест отступила. А когда там же создали и военную базу, сначала просто для охраны, а потом и как плацдарм для операций на том берегу реки, то и мутантов в окрестностях существенно поубавилось. Перекочевали куда подальше, либо спрятались надежно.
План защитных сооружений Ачинска, предоставленный Фроловым, висел перед моими глазами, один раз достаточно было посмотреть и сделать себе снимок. Стационарные огневые точки с пулеметами и огнеметами, мобильные посты на «вепрях», курсирующие как вдоль дороги до Красноярска, так и вокруг городских границ. В небе неотрывно находились десяток беспилотников, разведывательных и ударных.
Что же там могло случиться? Чтобы замолчал целый городок? Не самый слабый…
Флаер «Оса» ждал нас на небольшом аэродроме непосредственно при гарнизоне.
Хмурый пилот, лет двадцати, и не менее хмурый бортстрелок того же возраста. Пилот парень, стрелок девушка. Одного роста, в одинаковых комбезах и, кажется, с одинаковыми лицами. Брат и сестра, что ли?
– Вы? – мрачно спросил пилот.
– Мы, – за всех трех ответил я.
– Понятно, – ответил пилот. – Идите на борт, сейчас взлетаем.
Грузовой отсек «Осы» был забран по стенам крупноячеистой сеткой, аппарель открывалась только из кабины пилотов. Окон не было. Межсекционную перегородку пилот оставил открытой.
– Как буду снижаться, дам вам знак. Вы сразу высаживайтесь, у вас есть полторы минуты. Как только выйдете, я сразу взлетаю.
– Понятно, – снова за всех троих ответил я.
Мрачность пилота не располагала к долгому разговору.
К нам заглянул бортстрелок, поглядел, как мы сидим, и убрался в кабину.
Флаер рванул с места в карьер, как будто опаздывал.
