Знаю историю о женщине-благотворительнице, которая учредила детские дома для бедных – из-за этого ей пришлось часто переезжать и изменить имя.
Вот такой результат. Для преодоления подобных старых привычек, установившихся давным-давно, должно пройти какое-то время.
Дана рассказал о небольшом театре на кольце – отлично исполненная пьеса молодыми актерами, в конце спектакля зрители вызывали на сцену не актера, а героя пьесы. Интересно.
Встали поздно. Утро и день потрачены впустую (кое-что записал). Планируем съездить в монастырь в Сергиево, примерно в семидесяти милях от Москвы.
Днем с Роз⟨инским⟩ встретились с ⟨Анатолием⟩ Александровым, который по значимости, наверное, второй русский композитор из оставшихся в России после Николая Мясковского.
Его жена преподает в Первом университете ритмику Далькроза [180]. Она спела несколько написанных мужем песен – довольно мило – Скрябин и Прокофьев с французской гнусавостью, подумал я. Соната VI (1925) меня немного заинтересовала, особенно последнее движение, однако она и впрямь звучала как стачивание разрозненных мыслей. В ней не чувствовалось целостности. Почти за всеми произведениями маячили отрывки ⟨…⟩ из Чайковского и Мусоргского.
Вечером в Камерном театре смотрели «Любовь под вязами». – Отвратительно. Всё воплотилось в материальную форму. От смысла пьесы ничего не осталось. Новой Англии не было и в помине. Декорации меня заинтересовали, но Альфред посчитал, что они не совсем понятны.
Одна ⟨см. рисунок⟩:
стены темно-серого / тускло-голубого / нежно-оранжево-желтого цветов / коричневая бревенчатая стена [181] / имитация залитого цементом пола / стены нежно-оранжево-желтые, когда убрано покрытие. Эти стены можно закрыть занавесом тускло-серого цвета. Под верхней комнатой (от пунктирной линии) складная стена, которую используют в некоторых эпизодах. Она опускается, как занавес, и в таком виде похожа на гофрированное железо ⟨…⟩ стены в некоторых эпизодах поднимаются.
Стр. 12А
Стр. 13
Ясно одно: пьесу играли почти как мелодраму восьмидесятых, и, по словам Альфреда, костюмы напоминали «Тристана и Изольду»! Потом и сама пьеса превратилась в заурядную, из искусной и выдающейся, какая она на самом деле. Жаль, потому что в конце концов это пьеса для постановки в Художественном театре, поскольку ее изысканность – это их конек.
Идем смотреть коллекцию Морозова. На наш взгляд, он отличался более тонким вкусом, чем Щукин. У него великолепные Гогены, отличные Ван Гоги и Сезанн. Я составляю каталог коллекции с заметками, которые добавлю позднее.
Познакомились с директором м-ром Терновцом [182], который только что написал книгу о Кирико. Он был сама любезность, поможет нам получить фотографии экспонатов и тому подобное. Из музея вернулись поздно, в конце дня, и отправились ужинать.
Далее с внучкой Толстого, внуком Лонгфелло пошли смотреть племянника Чехова, Михаила, в «Гамлете». Чехов – замечательный актер и некоторые сцены играет на редкость живо и ярко, но его подводит голос. Говорят, из-за туберкулёза. Когда он повышает голос, получается нечто отрывистое и неприятное. В декорациях ничего интересного, то есть постановка оставляет впечатление несогласованности и неустойчивости. Есть, правда, несколько инноваций, не слишком удачных: призрака никто не играет, и Гамлет разговаривает за двоих. Плохо. Получилось, что дурацкое представление сыграли дважды, до этого была как бы репетиция перед монологом Гамлета. Для меня худшим показалось отсутствие Гамлета в эпизоде с королевской молитвой. В сцене поединка было много наигранности и позерства. Начало спектакля с отдаленной музыкой, литаврами, отдаленными звуками трубы и так далее выглядело весьма эффектно. Декорации были в манере ⟨…⟩ Джонса. В целом спектакль интересен, хотя отличным его не назовешь. Мне пока русский театр не надоел. Чехов чрезвычайно популярен. Зрители долго его вызывали и аплодировали,
Стр. 13А
и один мальчик в ложе, к своему восторгу, получил от актера особый поклон. Полагаю, удаление призрака было неизбежным.
Ходили в Госбанк за деньгами! Интересно отметить, что счеты по-прежнему в ходу наряду с арифмометрами. Однако персонал хорошо знает свое дело, и, для Европейского банка, работают вполне оперативно. Вернувшись, я обнаружил, что меня ждет Пётр. Отличный парень и бесценный помощник. Мы с Альфредом пошли купить поделки с резьбой по дереву и расписных кукол. В Москве такие соблазнительные игрушки.
Днем ходили в кинокомпанию «Межрабпом-Русь» [183] смотреть (частным образом) кавказский фильм «Дина». И постановка, и монтаж плохие, но крестьянские сцены в целом сняты хорошо. На мой взгляд, фильму не хватает оригинальности операторского искусства, которым славится российское кино. Сомнительно, что такой фильм будет пользоваться успехом в Нью-Йорке, хотя именно там его собирались демонстрировать.