Правительство уже приступило к составлению множества новых энциклопедий – медицинских, научных и так далее. Общая энциклопедия не закончена, вышли только тома с первыми тремя буквами алфавита. Жажда информации, пытливый ум, по-моему весьма скептический, появились у массы людей, которые впервые почувствовали свою значимость.
Переполненные театры, огромный рост библиотечных рекомендательных списков для чтения, учебные фильмы, многочисленные, сложные, – всё это, похоже, дает о себе знать. Качество печатных книг в России растет. Раньше, на что указывают и работы Родченко, была привычка говорить многословно, а не четко и лаконично. Это заметно в листовках, марках и так далее, что довольно необычно, если учесть превосходные плакаты, созданные после революции для обучения неграмотного населения. В большинстве случаев находишь графическую простоту, но в некоторых более крупных работах, на мой взгляд, запутается и грамотный.
Стр. 10
На русский язык перевели Берроуза «Тарзан, приемыш обезьян» (1912) и другие книги. (Я поинтересовался у Петра, что сегодня читает молодежь России. Хотя романы и читали – в список он добавил Конрада, ⟨Конан⟩ Дойла, – техническим книгам и публикациям уделялось куда больше внимания. Молодая Россия стремится стать технически грамотной. Растет тяга к наукам, они выходят на первый план. Такова естественная реакция марксистов.)
Вечером пошли домой к Родченко (ударение в фамилии падает на первый слог), он завалил нас фотографиями – ранняя живопись и тому подобное. Сам он из крестьян. В 1915 году приехал в Москву с циркулем и чертежами (sic!) (рановато для таких дел). Их не приняли (sic). Потом работал над футуристической картиной, своей первой выставкой. Показал нам картины, печатные материалы и снимки.
Мне показалось, что на его печатных работах многовато текста. Некоторые из них были яркими, но уж слишком многое пытались сказать печатным словом. Век утилитаризма. Поэты пишут для этикеток спичечных коробков, художники создают дизайн чайных банок. Как и большинство художников, Р. отказывается от такой работы. Теперь больше всего его занимают фотография, кино и режиссура. Для работы у него есть маленький фотоаппарат. Фотографии очень хороши. На фотографии Баухауса Родченко здание зеленое. Явно не обошлось без фототрюков. В некоторых его работах, например портретах жены, ощущается сатирический взгляд. Один очень красивый снимок ⟨…⟩ сделан снизу. Таким образом, утилитарность, или, скорее, стремление к массовому результату, для этих людей, без сомнения, является стимулом. Они рисуют не ради понимания нескольких, а берутся за работу, которую в конечном итоге оценит масса людей. Это как бы имитация сохранившихся средневековых «взаимоотношений» между художником и меценатом, где меценатом выступает народ.
Понятие распространяется сознательно.
К половине двенадцатого утра ходили в Театр Мейерхольда с О’К⟨аллаган⟩ и Даной. Взяли у М⟨ейерхольда⟩ краткое интервью перед просмотром репетиции возрожденного спектакля «Великодушный рогоносец», в котором он работал с новыми актерами. Нас провели в пустой театр, где режиссер (Мейерхольд) слушал репетицию джаз-банда, который играл в спектакле «Рычи, Китай!». Джаз был неплох даже для Европы, и мы задавали Мейерхольду вопросы под музыку. Нас часто прерывали многочисленные помощники, приходившие к нему с разными делами. Нервный, напряженный, мужественный, с одухотворенным лицом и крепкой фигурой, благожелательный режиссер. Актеры его обожают. В «Ревизоре» на него оказал влияние Джотто. Вопроса о роли пропаганды в театре Мейерхольд явно избегает. По-моему, он считает, что пропаганда на самом деле устанавливает связь между зрителями и актерами. Мейерхольд, не колеблясь, смешивает кино и театр. Его световые пятна полностью кинематографичны. Он не ощущает, что толпа на сцене в «Ревизоре» иногда мешает и актеру и зрителям. Мы расходились с ним во мнении о старой проблеме типичности. Нам до сих пор кажется, что персонажи часто слишком индивидуальны для того, чтобы относить их к типажам.
Он повел нас в музей. Отличные макеты. Рассказывал о них через переводчика. Библиотекарь завалил нас литературой о театре, и мы отправились на репетицию. Занимательно. Как-нибудь расспрошу его о динамике пьес. Кажется, понимаю его «механику». Репетиция впечатлила – интенсивнее я до сих пор не видел. Уму непостижимо, как русские отдаются театру. Мейерхольд любезно пригласил нас на вечерний спектакль «Лес» и на следующее утро на репетицию. Потрясающая энергетика!
Уехали обедать в Дом писателей с Даной. За обедом познакомились с внучкой ⟨Льва⟩ Толстого. Интересная девушка. Вечером вернулись в Театр Мейерхольда в качестве его гостей, чтобы посмотреть «Лес». Мне не понравилось. Сюжет длинный и нудный, и я потерял интерес. Постановка тоже не очень забавная. Одной из находок Мейерхольда была наклонная сцена. Соотношение динамических и статических групп, не использующих наклонную площадку, было тщательно продуманным. К концу паясничание совсем приелось.