После Первой мировой войны, несмотря на приход к власти ленинского большевизма, немецкий писатель, публицист, переводчик, ведущий представитель идеологии Консервативной революции Артур Меллер ван ден Брук выдвинул идею союза с Россией. Немецкий дипломат, министр иностранных дел Германии в 1919 году, первый министр иностранных дел Веймарской Республики, посол Германии в СССР в 1922–1928 годах граф Ульрих фон Брокдорф-Ранцау предложил дипломатический проект, результатом которого стал заключенный министром иностранных дел Германии Вальтером Ратенау и нарком иностранных дел РСФСР и СССР 16 апреля 1922 года во время Генуэзской конференции в городе Рапалло договор между РСФСР и Веймарской Республикой о восстановлении между ними дипломатических отношений и урегулировании всех спорных вопросов. Наблюдалась тенденция формирования панъевропейского пространства. Рапалльский договор — это фактически германо-советская противоположность, официально завершившего Первую мировую войну 1914–1918 годов Версальского мирного договора, подписанного 28 июня 1919 года в Версальском дворце во Франции.
Основанное на панъевропейской идее влияние голлизма в Западной Европе привело к наступлению нового этапа русофилии. В радиообращении о результатах своего посещения в 1966 году СССР основатель и первый президент Пятой Республики в 1959–1969 годах генерал Шарль Андре Жозеф Мари де Голль назвал его «визитом вечной Франции в вечную Россию». Это прочная традиция, находящая свое продолжение в идеологии неоголлизма, не воспринимающего Европу как географически ограниченное пространство.
Россия трактуется как органически относящаяся к Европе, ее надежда и опора. Вероятность русофобии не сводится к противостоянию панатлантизма и панъевропеизма, а опирается на глубокие культурно-цивилизационные основания, о чем свидетельствует движение европейской мысли в этом направлении. Исходя из этого, перспектива большого общеевропейского конфедеративного строительства видится в форматах «от Атлантики до Урала и дальше до Тихого океана», «от Дублина до Владивостока». Хотя скептики склонны видеть современные текущие интеграционно-объединительные реалии, скорее, в формате «от Санкт-Петербурга до Шанхая».
«
Историческая уникальность России проявляется в контексте нераздельности и специфики ее общеевропейских культурных и цивилизационных оснований.
Принадлежность России к Европе и вовлеченность в ее судьбы неоднозначны и могут противоречить друг другу как внутренние и внешние связи.
Таким был подвиг «русского европейца», за который дорого было заплачено.
