По данным исследования Института социологии РАН 2007 года к Европе положительно относятся около 90 % россиян, к Евросоюзу приблизительно 65 %.
Закономерно наблюдается значительный перепад в почти единодушно положительном отношении российской общественности к Европе и сдержанно положительном — к Евросоюзу.
Наблюдается все более очевидный политический курс скорее на инкорпорацию России в Евросоюз, а не на консенсус между равными субъектами. Если это диктуется застарелыми счетами — от казаков в Париже в 1814 году до советских танков в Праге в 1968 году, то Россия всегда испытывала на себе давление со стороны западной цивилизации и западные «латинщики хуже татар». Это наиболее заметно в старом «ядре» ЕС — в Германии и Франции.
РФ готова развивать сообщество, основанное на интересах, а не на ценностях. Она упрекает ЕС в безответственном отказе от объединения даже неформального, поскольку оно предвзято рассматривается сквозь призму либеральных ценностей.
ЕС и РФ объединяют как во многом общие интересы, так и базовые ценности. Признание первых характерно изречению: «Россия — это тайна».
Обосновывающие геостратегические выкладки оперируют базовыми понятиями: панъевропейская синергия; стратегия первого удара; прочное, стабильное и уравновешенное партнерство между Европейским союзом с Российской Федерацией.
Однако приоритетное оперирование этими понятиями в интеллектуальных кругах Европы само по себе не ведет к политической общности и требует последовательной ориентации власть имущих элит ЕС на строительство «Большой Европы» совместно с РФ.
Весомым и долгосрочным аргументом является общность культурных приоритетов.
Согласно различным социологическим данным, по критерию «культурный авторитет» немцы ставят Россию на первое место — впереди Франции. Германия находится на третьем месте, далее следуют США, Чехия, Польша.
Совпадение адекватно понятых интересов и ценностей России является объективной предпосылкой стратегического, не ситуационного партнерства.
Интеграция России в ЕС подразумевает целесообразность их сотрудничества и партнерства, но не является самоцелью. В целом элиты и население Евросоюза не готовы к перспективе близкого сближения с Россией. Эксперты Еврокомиссии ставят вопрос о том, чего ЕС и РФ вправе ожидать друг от друга. В своей идеологии и практике Европа от абстрактной идеи своего единства пришла к пониманию фундаментальных и взаимосвязанных предпосылок интеграции: соразмерности масштабов государств и однотипности их ценностно-смысловых ядер; политико-экономических отношений и структур.
