Учитывая практически неограниченные запасы Руси в корабельном лесе, пеньке – сырье для канатов, льна для изготовления парусины, он убеждал царя Алексея Михайловича изготавливать и продавать готовые корабли: в Италию, в Португалию, в Индию, Бразилию и в страны Северного океана. И даже бизнес-план составил: строить по 100 кораблей в год с ценой по 10 000 рублей за штуку. Годовой оборот должен был составить миллион рублей в год – сумма по тем временам просто запредельная. Естественно, что этот проект ввел в шоковое состояние европейских конкурентов русских корабелов. Они успокоились лишь после воцарения царя Петра, отдавшего отечественное судостроение, особенно торгового флота, в зависимость от иностранцев. Видимо, только смерть царя Алексея Михайловича, последовавшая в 1676 году и воцарение его сына – Федора, помешала широкой реализации плана Вегрона.
Отец Петра 1 лично с топором по стапелям не бегал и тачек не катал. Он строил флот страны, а не играл в него. И когда его воеводы волынили, обманывали – наказывал строго. Но мудро, по царски. (А не зверски, по-садистки, как психически неуравновешенный младший сыночек). Он «работал самодержцем» в палатах Кремля, в «царском кабинете», а не мешался подмастерьем в кузнице. Но вникал во все подробности морских забот.
На судоверфи в г. Козлове корабелов чиновники заставили, что называется «гнать брак», работать с грубым нарушением технологий обработки материалов. В Кремль, на царское имя написал челобитную донской казак Кирилл Петров, с жалобой на безответственных воевод – начальников.
Легко себе представить, как на такое бы сообщение отреагировал Петр 1. Виновные, если бы не были забиты насмерть сразу, в припадке гнева – были бы лишены дворянства, чинов и сосланы в Сибирь или отданы в солдаты. Могло бы не поздоровиться и жалобщику. А вот как отреагировал истинный Государь, а не бомбардир, служивший самому себе под псевдонимом.
Царь Алексей Михайлович прислал из Кремля ответ-наказ. Виновным воеводам предписывалось отстроить новые суда, по качественной технологии, но за счет собственных вотчин (справедливо – растранжирил казенные деньги – верни свои личные). Донскому казаку Петрову было объявлено «Государево благоволение» (то есть, объявлена благодарность от Высочайшего имени). Правда, в будущем царь, уже не доверяя отечественным воеводам-разгильдяям, приказывал отбирать строевой корабельный лес в Вяземских лесах голландскому подполковнику кораблестроения Старку (возможно, что предок известного адмирала российского императорского флота в начале ХХ века Старка). Со строгим наказом: «чтоб корабельное дело не стояло».
Оно и так двигалось в Московской Руси хорошо, поэтому вскоре занялись постройкой более крупных кораблей, чем весельные струги.
14 сентября 1667 года заложили морской корабль крупного тоннажа (если угодно, еще одна дата, претендующая на титул дня рождения российского флота). 17 февраля 1668 года в придачу заложили еще один корабль и яхту. Она, кстати, была далеко не прогулочной. Имела осадку 5 футов, два якоря. И вооружена была не слабо: 6 – однофунтовых орудий (то есть ядро орудия весило 1 фунт), боезапас гранат – 900 штук. На освободившемся стапеле стали закладывать киль и шпангоуты второй, однотипной яхты.
26 мая 1668 года дворянин Полуэктов доложил в Кремль, что первый корабль уже спущен на воду, а яхта доделывается (в июле, спустили и второй). На первом вырезали из дерева и покрыли сусальным золотом изображения орла, льва и царской короны. Лето прошло в достроечных работах, а 8 ноября судно отбуксировали на зимнюю стоянку в Нижний Новгород. Кстати, в сентябре 1668 года были спущены еще один корабль, два шлюпа, и бот (итого 5 вымпелов, целый отряд «дедушек русского флота»). Кстати, еще раз о «морских судах быть»… сколько конкретно денег в октябре 1696 года Боярская Дума «отвалила» Петру 1 на флот – известно смутно. А смета 1668 года точна: новые корабли обошлась казне царской в 9000 тысяч рублей.
Как раз царским Указом от 17 ноября 1668 года все кораблестроение и мореплавание перешло в ведение Посольского приказа (откуда перешло – ниже). То есть, министерство иностранных дел совмещало функции и морского министерства. Так сказать, Главного штаба, как военного, так и торгового флота.
