Русский флот до Петра I (1496 – 1696) полностью

Для развития русского кораблестроения вербовкой специалистов в Европе занимался голландец фон Сведен – доверенное лицо Кремля (в Московии он зарекомендовал себя тем, что основал почту). Фон Сведен свои обязанности, исполнял ответственно и серьезно, это не маскарадный «генерал-адмирал» Лефорт. Он нанял на службу московскому царю 5 инженеров-кораблестроителей и 4-х морских капитанов. Среди них выделялся его племянник – Давид фон Бутлер. Родственный «блат» для России оказался очень полезным. Фон Бутлер – полиглот, свободно владел несколькими европейскими языками, быстро выучил и русский. И был профессионалом мореплавания высшего класса, не раз водил капитаном океанские корабли в Америку и в Индию (в настоящую – в Индийском океане). Он подался на уговоры дяди – убедившего его в возможности построить военно-морскую карьеру в Московии. Фон Бутлер прибыл в Москву 20 ноября 1668 года с набором навигационных инструментов и рулоном морских карт. (Архивы сохранили прелюбопытное свидетельство. После первого знакомства голландских моряков с Государем и за день до второго им были посланы яства с царского стола. Меню характерное! Закуска: два калача крупичетых по два лопатки калач, 2 калача толченных, 40 хлебов ситных двуденежных, 40 саек двуденежных, 3 барана живых, полстяга (честно, не знаю сколько это в кг. – А. Смирнов) говядины, 3 гуся, 3 утят, 3 тетерева, 10 кур, 2 зайца, 100 яиц, 10 фунтов коровьего масла. И было что закусывать! 3 кружки вина двойного (то есть спирт двойной очистки, а кружки были, надо полагать, не чайные), ведро меду вишневого, ведро меду малинового, ведро меду обарного, 2 ведра меду паточного, 5 ведер меду цеженного, 5 ведер пива ячневого, ведро вина, 7 ведер пива. Итого 23 ведра крепкого меда, пива и еще 3 кружки вина! Хорошо посидели морячки! Не зря царь-батюшка послал угощение за день до вторичного визита и включил в меню 12 ведер пива – что бы осталось время прийти в себя. И сколько литров булькало в каждом царском ведерке, интересно?).

И он сделал в Москве флотскую карьеру, задолго до царствования Петра 1 дослужившись до чина «кормщика – генерала» (что-то вроде генерала корпуса флотских штурманов). Фон Бутлер остался в России навсегда, приняв московское подданство, пустив в Московии корни, оставив в ней потомство (Знаменитый русский химик Бутлеров – его потомок, а по нему и потомок основателя русской почты. Вот и не верь после этого в генетическую память. Кстати, внук химика – Георгий Михайлович – поручик Лейб-гвардии 1-й артиллерийской бригады, Георгиевский кавалер в первую мировую. Участник «Ледяного похода» Белой гвардии в 1918 году. После гражданской войны капитан «белой» армии Бутлеров покинул Россию. Скончался полковником армии Парагвая. Словно род голландцев Бутлеров, пройдя по векам, вернулся из Московии обратно. – примеч. А.С.) Видимо, первому фон Бутлеру в Москве понравилось еще и оттого, что ему положили хорошее жалованье – 100 рублей в год, по тем временам очень прилично (эти деньги он отработает, но об этом чуть ниже).

Кстати, во времена царя Алексея Михайловича один русский рубль на Амстердамской бирже и в Стокгольме и в Копенгагене и в Лондоне был равен одному гульдену. Московия еще до рождения Петра и до «влезания в окно Европы», была полноправным членом европейской финансово-денежной системы. Впрочем, иначе и быть не могло, как же тогда производилась уплата торговых пошлин, велись расчеты с коммерческими партнерами? Это для практически неграмотного младшего сынка царя все было в диковинку, но не для тертых русских купцов.