Быстров вызвал к себе в кабинет Саблина и, достав из сейфа тонкую папку, долго молча просматривал ее. Влад сидел и ждал. Он знал привычку полковника всегда перед последним действием надолго уходить в размышления.
Наконец тот оторвался от папки, удивленно глянул на Саблина, словно не он только что вызвал его к себе, а тот сам осторожно и тихо вошел в кабинет.
— Вот что я хочу поручить вам. Надо смотреть Скрипникову и ее окружение. Вот для начала! — Он придвинул несколько бумаг и фотографии. — Это Скрипникова Надежда, это ее муж Николай и дети. А вот это ее старшая сестра Валентина, которая живет в Париже ни много ни мало, а уже 7 лет. За последнее время стала чаще приезжать к сестре. Раньше раз в два года, а сейчас уже второй за неполный год. Визу она и ее муж получили и уже находятся здесь. Он работает директором департамента по лицензиям и патентам, трудится там сразу после Сорбонны. Она работает переводчицей.
Павел Семенович остановился, взвесил на руке папку, пристально и долго смотрел на нее.
— Наш уполномоченный по району ничего существенного не смог предоставить. Вот возьмите! Это все из оперативной подборки, и приступайте. — Быстров протянул тонкую папку и добавил, слегка нахмурившись: — Вы не привлекайте районного, а проведите встречу с участковым милиционером. Районные, как видите, мало чего знают, да и мы ранее не фиксировали внимание к ней. А беседа с участковым даст вам возможность посмотреть ее в более широком плане. Сейчас это для нас важнее всего.
Вернувшись к себе в кабинет, Влад плотно уселся на стул и открыл папку. Сверху была пришпилена фотография, на которой была изображена женщина 25–28 лет. Он долго смотрел на фотографию, пока не зарябило в глазах, отложил в сторону и принялся читать данные.
Окончила Ленинградский институт физкультуры им. Лесгафта, мастер спорта, легкая атлетика, кандидат в олимпийскую команду. «Бегунья, значит, — подумал он, — а что же с этим кандидатством в олимпийскую сборную? Что или кто помешал? Это же большой стимул для спортсменов! Неудовлетворенность может сыграть роковую роль в социальном положении и бытовых отношениях, а может, и вообще перейти в комплекс… Муж Николай… окончил тот же институт, мастер спорта. Ага, коллега, значит. Хорошо. На данный момент майор, начальник кафедры физической подготовки в местном военном училище. Теплая должность! Надежда работает методистом-инструктором производственной гимнастики на «КБхимпром». Да, интересное место! Это словно по заказу». Саблин вспомнил установку по отделу фиксировать любые моменты, где проходит «КБхимпром».
Он посмотрел на часы, было начало двенадцатого, закрыл папку, положил в сейф и вышел из здания. Надо ехать на место и там смотреть.
Участкового милиционера Саблин нашел на опорном пункте. Представился и сразу понял, что теперь потребуется время, чтобы разговорить этого замкнутого, немолодого участкового, который хмуро и односложно отвечал на вопросы. Еще через полчаса стало ясно, что здесь никакой информации он больше не получит, когда в казалось бы простом ответе возникла небольшая зацепка.
— У меня-то и прав нет в такие ситуации вмешиваться, но тут как бы само дело закрутилось, — участковый монотонно докладывал, — этот сигнал поступил от моего подопечного, алкоголика, когда я вызвал его на беседу. Жалоба на него поступила. Он мне и сказал, что сюда, к Скрипниковой, пару раз заходил один из блатных, вроде бы приехавший из Ленинграда, и интерес у него к ней, хотя она замужем. Двое детей, муж майором служит в военном институте, тут недалеко, он и квартиру получил от училища, так вот, этот уголовник вроде как ухаживает за этой женщиной, встречается с ней, провожает после работы, в детский сад вместе с ней ходит, так, по крайней мере, мне рассказал этот алкаш.
— И кто же этот из блатных? — Саблин понял, что прошла интересная информация.
— Ну, этого он не знает, он сам не из блатных, а про этого приезжего ему рассказал его собутыльник. Вот тот как раз сидел и знает их «понятия», своему дружбану он и сказал, что это авторитет из Питера, почти законник.
Саблин с сожалением понял, что эта область жизни той группы людей ему совершенно не знакома. Больше участковый ничего сообщить не мог.
К его удивлению, Быстров с неподдельным интересом выслушал все, что удалось узнать, и принял решение расширить разработку Скрипниковой, включая все контакты и связи. По поводу человека из Ленинграда добавил с легкой усмешкой, что уголовный элемент избегает ввязываться туда, где начинаются интересы госбезопасности.
— Госсистему они не признают и стараются не связываться, наказания, которые суд назначает за преступления против государства, как правило, максимальные. Если они и попадают в нашу систему, то это лишь стыренные бумажники у иностранцев, да и то, если попались или сами подбрасывают. — Быстров усмехнулся.
— Выходит, эти мои сведения пустые? — уныло спросил Влад, почувствовав сильное разочарование.
