— Это как так? — удивленно переспросил помощник.
— Да вот так! — оживленно, сам себе удивляясь, продолжил Сербин. — Уже давно идет кампания по поднятию производительности труда в условиях нашей перегретой экономики. Постановление за постановлением о снижении расценок нормо-часов, расценок на операции, изменении тарификаций, словом, вводится режим экономии, хоть и безуспешно! Попросту, между нами, урезание фонда заработной платы, ну и так далее! — Он махнул рукой, жестом подтверждая руководящие установки.
— Деньжат у них в Крае маловато, почти все «съели» тут, у нас в Подмосковье! Новые фонды им никто не выделял! Если этот ОТЗешник придавит там расценки на всем производственном цикле, в полном соответствии с этими постановлениями, то производство навернется, просто остановится. В этом случае я спрошу с них очень строго. В Совмине и Госплане их не поддержат, над ними только мы, Центральный Комитет нашей партии, и «КБхимпром» вынуждены будут обратиться ко мне. — Сербин, прохаживаясь перед помощником и ухмыляясь, продолжал: — Я потребую детальный пересмотр всего цикла, полный анализ всех нормативных операций по изделию, всех комплектующих, деталей, узлов, вплоть просчитать стоимость каждого оборота отвертки на сборке! С обязательным привлечением в это дело самого независимого и авторитетного мнения конструкторов и технологов. Эти ребята по простоте душевной и в силу отстаивания права на подготовку снаряда к выпуску завалят отдел труда и заработной платы документацией по нашей разработке. Чертежи всего изделия по узлам, операционные протоколы, технологические карты, все снесут в ОТЗ, чтобы провести полный перерасчет и, что самое главное для нашей операции, дать обоснование на базе оригинальной документации на новые, более высокие расценки. Поняли идею?
Помощник огорошено смотрел на завотделом, он и не представлял себе таких возможностей в маневрах планового хозяйства.
— Затем разрешу им сделать перерасчет и вернуться к новым, повышенным тарифам, может быть, даже по спецрасценкам! И на Госплан надавлю насчет дополнительных фондов. Поняли, где собака зарыта?
Помощник оторопело смотрел на Сербина, не до конца понимая, то ли шутит этот партиец, то ли говорит на полном серьезе.
— Это что, такая тонкая партийная шутка? — спросил он, так и не зная, что ответить, но, видя, как резко мотнул головой завотделом, быстро добавил: — Ну, это мы с вами говорим!
— Вот и не говорите, а сделайте, чтобы такая идея пришли и им в голову! Они же ни хера не смыслят в тонкостях плановой экономики. Пусть разберутся и поймут. Они хотят все и сразу! Впрочем, так хотят все, но надо потрудиться, создать условия для ситуации, из которой уже и получать это все. Для чего вы вообще работаете и как! — резко закончил Сербин. — Потрудитесь и донесите мою заготовку до них, и все будет в порядке! Вкрутите!
— Легко сказать, донесите! Но как, черт, это заделать! Трудно это так по-быстрому! — уже заострив в голове эту проблему, механически ответил помощник.
— А кто сказал, что будет легко! — Сербин уже сел за стол и издалека смотрел на помощника. — Делайте, а я вас поддержу! Сейчас, вот только запишу нашу беседу в черновик, от греха подальше!
Помощник отдернул рукав и посмотрел на часы. Через три часа его глубоко законспирированный агент Коля Немецкий будет садиться в поезд. Надо теперь успеть сделать многое перед его отъездом в Край.
— Будем стараться! — озабоченно сообщил на прощание помощник.
У себя в кабинете он открыл справочник и, перебирая в памяти и прикидывая, кто бы мог за час или полтора подготовить расширенный анализ и рекомендации по теме, которую «закатил» Сербин, уверенно остановился на нужной кандидатуре. Обойдясь без секретариата, набрал номер телефона и вызвал к себе этого обзорника и аналитика.
— Здравия желаю, товарищ генерал! — Аналитик появился перед ним довольно быстро.
— Мы давно знаем друг друга! — вместо приветствия помощник встал и протянул руку. Пожав сухую, горячую ладонь старого товарища, он утвердился в своей мысли, что выбор его правильный. — Знаешь, Сеня, сейчас надо поднапрячься, сделать анализ и вводную, с рекомендациями… — Он изложил все то, что услышал от завотделом.
— Это будет, как инструкция, вводная, или как обзорная возможность воздействия? — спросил аналитик, слегка озадаченный таким заданием.
— Сделай так, чтобы человек, далекий от экономики, смог понять и ухватить такое раскачивание в рамках оборонного «ящика», даже только одного производственного задания!
— Понял вас! Макет экономической диверсии и проведение учений! Могу идти? — Аналитик посмотрел прямо и твердо, так, что помощник даже внутренне вздрогнул.
— Совершенно верно! Учения! Свободен! — усмехнулся помощник.
Помощник попросил короткой аудиенции у Председателя и сообщил ему все новости, которые вывалились сегодня, как из мешка с подарками.
