Неделя ушла на организацию работы автоколонны. Мойше назначение сначала мало понравилось, если судить по его уныло опустившемуся носу. Но буквально секунд через десять унылость исчезла, а в глазах навыкате сверкнули искорки. Хитрый еврей просчитал комбинацию, и возможно не одну. Я внутренне усмехнулся. Все вы, сыны израилевы, похожи один на другого! Что в двадцатом веке, что в шестнадцатом. На что уж мой Моисей должен мне, как земля крестьянам. И за свою жизнь, и за жизнь дочери, а все натуру свою обуздать не может. Получает у меня изумруды на огранку по весу, а сколько весит ограненный камень, в оправу вставленный, и сколько в пыль или обрезки ушло, я проверить не могу. Не разбирать же готовое изделие! И не контролировать же процесс огранки каждого камня. Да и ловить его за руку мне, откровенно говоря, неохота. Ладно уж, не обеднею. Вот и ходят по Новороссийску Уругвайскому серебряные колечки с очень мелкими изумрудиками. Пока они в княжестве, особой беды нет. А как выйдут за его пределы? Все знают, что ювелирная мастерская моя собственность. Значит, и изумруды мои. А где взял? А не скажу! Тем более грядет ухудшение отношений с испанцами. Так что могу послать их… в Анды! То есть далеко и надолго.
Вспомнил об испанцах, и стало что-то кисловато. Открытая конфронтация вещь плохая. Мы их победим, в этом я теперь ни сколько не сомневаюсь. Перевес в качестве вооружения на стороне княжества. Людей обученных для отражения вторжения тоже хватит. Тем более что в рукопашную с испанской пехотой, отличающейся от остальных армий Европы отличной выучкой и феноменальной стойкостью, я своих бойцов бросать не намерен. Все решат минометы и пулеметы. Только бы после этого не пришлось Буэнос-Айрес да Лиму в чувство приводить. Не хочется с соседом резаться.
Помимо руководства автобазой, нагрузил Мойшу заданием присмотреть еще чего вкусного, что можно безбоязненно и малозатратно к рукам прибрать. Шмыгнув носом, он убежал. Я же вышел на территорию. И вовремя. У ворот просигналила машина. Охранник распахнул воротины. Въехали два военных «Урала». В кабине первого, улыбаясь, сидел прапорщик Чухно. Боеприпасы привез. Возит чуть ли не в открытую! Мне даже иной раз жутковато становится: вот сейчас за ним следом ворвутся спецназовцы ФСБ и повяжут всех моих парней. Я-то уйду, а с ними что будет? Да и источник боепитания прихлопнут. Но ничего пока, тьфу-тьфу, не случилось.
– Я вас приветствую! – выскакивая из машины, крикнул прапор и бодрым шагом двинулся ко мне. Руку тянуть не стал, зная, что рукопожатия мне не нравятся (с каждой сволочью еще ручкаться, противно!). А «Уралы», заворчав двигателями, медленно двинулись вглубь территории, где за трансформаторной подстанцией у меня был еще один небольшой ангарчик. С ленточным транспортером, что позволяло освободить грузовик от привезенного за считанные минуты. Разгружавшие грузовик матросы ставили ящики на него, и те уплывали в темноту плохо (специально) освещенного ангара. Там их уже мои люди снимали с ленты и бросали в черноту портала. А в точке выхода, как рассказывал Дизель, ящики появлялись в нескольких миллиметрах над поверхностью пола и плавно на него становились. Принимающие быстро освобождали место для следующего. Когда я узнал об этой особенности портала мягко класть перенесенное, а не позволять ему падать с высоты, то был очень обрадован. Можно было швырять грузы в портал как угодно, не заботясь о сохранности даже хрупких вещей. Это намного сократило время перемещения.
Так было и в этот раз. Пятнадцать минут на один грузовик, столько же на другой, и контрабанда ускользнула из этого времени. Даже если сейчас и ворвутся спецназеры, то найти уже ничего не смогут. Оперейшн из нормал, оува – операция прошла успешно, отбой. Я сунул прапору жменьку зеленых бумажек, сказал, что отъеду по делам на месяц, и грузовики выехали за ворота. А я шагнул в портал. И тут же появился вновь. «Прыг-скок». Месяц местного времени прошел. Пора встречать завербованных «борцов со снежными лавинами».
Часть полученных от неправедных деяний в порту денежек потратил на закупку того, что не смогу просто спереть: постельные принадлежности, матрасы, подушки, одеяла, предметы личной гигиены, туристические палатки, посуду и еще многое, что облегчит быт переселенцев. Брал все оптом, и хозяева товаров, что я вывозил с их складов грузовиками, на меня чуть ли не молились. А я, расплатившись, заставлял их забыть обо мне и помнить только то, что они выгодно расторговались с приезжим из провинции лохом.
Настал день прибытия на пункт сбора соискателей «высокооплачиваемой работы по борьбе со снежными лавинами». Заранее полностью опустошил ангар автобазы и приказал оборудовать в нем что-то вроде переселенческого пункта с кроватями, столами, умывальниками и туалетами. Даже армейскую кухню поставил – кашу варить и чай кипятить. Хоть долго держать здесь людей я не планировал, но несколько часов, пока буду проверять прибывших на «вшивость», им где-то надо будет пересидеть.
