Рамон отправил юнгу к Толику-коку. Капитан и я прошли в каюту. Там уже был наведен порядок, а «зушка» накрыта большой цветной циновкой. От глаз посторонних, если такие вдруг появятся. В ожидании обеда расселись по креслам. Рамон наполнил бокалы вином. Сижу, потягиваю мелкими глотками, думаю. Вот и первые бои в этом мире с применением иновременного оружия. Первые погибшие от него и первые трофеи, добытые с его помощью. А если бы его у нас не было? Все! Сейчас не мы торжествовали победу, а над нами. А нам всем был бы пипец. Большой и толстый. Нет, все же Господь нам помогает!
– А как же ты думал? – раздался у меня в мозгу Его голос. – Я выбрал тебя, как исполнителя Моей воли. Ты знаешь, какой. Ты слаб, и Я постепенно наполняю тебя силой. И смотрю, правильно ли ты ей распоряжаешься. Пока нареканий нет, кроме одного: молитв твоих не слышу!
– Так ты, Боже, сам меня, такого, выбрал! Зачем мне тебя тревожить попусту просьбами мелкими? Жалобами докучать тоже не хочу. Я нужен тебе сильным и способным на самостоятельное решение возникающих проблем. И славлю я Тебя не словами молитвенными, а делами сделанными. Так? Так! А молитва, с какой стороны ее ни рассматривай – это все же попрошайничество у тебя, Господи, чего-либо. Денег, излечения, спасения, прощения за сделанную ближнему гадость, да мало ли за что!
– Вижу, гордыня в тебе не уменьшается!
– Нет, Господи, не гордыня это. То, что во мне, называется гордостью. Горжусь, что Ты мне дело огромной важности доверил, вручил в руки мои судьбу народа русского. За помощь спасибо. Но Ты мне обязан помогать! Ты поручил мне возвеличить народ русский, защитить его от напастей иноземных. Ведь это и есть мое ГЛАВНОЕ ДЕЛО! Так?
Ответа я не услышал.
– Вот так всегда! – проворчал я в полголоса. – Недомолвки, намеки малопонятные. Прям, как Нострадамус: слов много, а об их смысле сам догадывайся.
– Не ворчи, – послышался Его голос. – Работай. И молись. Да, молитва – это просьба молящего ко Мне. Не хочешь Меня беспокоить по мелочам? Так проси о важном, крайне необходимом. Я помогу. Ты прав, Я обязан теперь тебе помогать.
Голос смолк, а я сидел, задумавшись. И сидел так, пока не услышал деликатное покашливание Рамона:
– Ты так глубоко задумался, амиго, что я не стал тебя тревожить. Но ужин на столе стынет, прошу. Поднимем бокалы за нашу победу!
Ночью мне не спалось. Думы одолевали. О будущем. Не о том, далеком, в котором я жил и в которое несколько раз с помощью инопланетного прибора проникал. А о том, что наступит буквально завтра, через неделю, месяц, год… О ближайшем, короче. Первый бой с Испанией мы выиграли. Будет, наверное, и второй, только неизвестно, когда его ждать.
Положение Испании сейчас сложное. Нидерланды бьются за свободу яростно. Им Англия помогает. В ней после разгрома «Великой Армады» началась настоящая антииспанская горячка. Купцы, дворяне, пираты и сановники снаряжают корабли для войны с Испанией и грабежа испанских владений. Жажда добычи, вот что воодушевляет английских моряков на борьбу с Испанией. А та, видимо в отместку, поддерживает восстание в Ольстере (Северная Ирландия), что вспыхнуло в нынешнем,1594-м году. Как говорится, враг моего врага – мой друг. И с Францией у донов война! Влез в нее Филипп, поддерживая единоверцев-католиков, да неудачно. Наваляют ему французы. И с пиратством на Тихоокеанском побережье у испанцев проблемы. Шляются туда джентльмены удачи, а ни фортов, ни крепостей для защиты портов и поселений НЕТ. А есть весьма заманчивое серебро и золото, что везут из Перу в Панаму практически безоружные корабли. Так называемые Манильские галеоны, огромные и неуклюжие, три – четыре раза в год везут в Китай от 200 тысяч до одного миллиона серебряных песо. Возвращаются же с трюмами и палубами, заваленными азиатскими товарами: шелками, фарфоровой посудой, воском, специями, ювелирными изделиями, всевозможной одеждой и нарядами. Весьма лакомая добыча! Тем более что пушек не имеют вообще – лишним грузом считаются, зря занимающим дефицитные площади и объемы. Просто рай для пиратов, это Южное море!
Из прошлой истории я помню, что в 1595-м году Голландия заключит союз с Францией и Англией против Испании, намереваясь внести свою лепту в процесс дестабилизации и расшатывания испанской колониальной власти в акватории Тихого океана. Поплывут флоты жадных до наживы голландских пиратов из порта Влиссинген в Южное море. И будет Испании не до небольшого городка, с которого практически нечего взять, а потерять можно много. Весть о том, что Новороссийск смог не только отразить нападение двух многопушечных военных галеонов, но и захватить их в плен, разнесется быстро, обрастая «подробностями» от очевидцев.
