Елена Семеновна, а за ней и Маша осторожно спустились по узкой лестнице. Елена Семеновна включила фонарик на телефоне. Они быстро шли по узкому коридору, почти бежали: и теплее при быстром движении, и — вот странно — надеялись почему-то обе Юру здесь найти. Да что странного — коридор очень похож был на нарисованный на плане, Юра отправился искать именно это место. Скорее всего, сюда они пошли! Пробежав довольно далеко, женщины уткнулись в стену. «Да, — вспомнила Маша, — и на плане, который в иконе хранился, были две такие поперечные линии, недалеко одна от другой… Я еще тогда подумала, что они означают две перегородки, поперек коридора». В стене, однако, имелся пролом. Елена Семеновна посветила фонариком ближе, посмотрела внимательнее. Так и есть! «Смотрите, Маша, сколы на кирпиче совершенно свежие, это долбили сегодня. Там Юрка с Алексеем, это они пробивались!» Женщины полезли в пролом. Они очутились в низком прямоугольном помещении. Напротив имелась похожая перегородка с таким же свежим проломом. «Ну, точно, что я говорила! — не удержалась Маша. — Вот они — две черточки на плане!» Они хотели продолжить путь: скорее всего, Юрий с Алексеем пошли дальше по коридору. Однако прежде, чем лезть во второй пролом, оглядели помещение. Сбоку вход в еще одну «комнату» — такую же, с низким потолком и без окон… Боже: гробы стоят, это склеп! Узкую лестницу кто-то расчищал от завалов… Кто? Юрка с Алексеем не могли успеть. Нет, это давно расчищали… Вернулись в первое помещение. Световое пятно фонарика скользнуло по стенам. В самом углу, на высоте плеча, серые камни прерывались — там заиграло отраженными лучами нечто блестящее, откликающееся светом на свет, золотое, серебряное. Женщин как притянуло к играющему лучами пятну.
Чуть заржавленная железная дверца вмазанного в стену ящика была приоткрыта. Там, внутри, хранился клад! Какие-то золотые чаши, украшенные дорогими каменьями серебряные узорчатые полоски непонятного назначения находились у самого края ящика. Довольно большой ящик был плотно набит изделиями из драгоценных металлов. Обе, и Маша, и Елена Семеновна, замерли в растерянности.
Первой очнулась Елена Семеновна. Лицо ее помрачнело: «Это клад, Маша. Но тем хуже для нас. Где же Юра? Если они с Алексеем были здесь, почему не забрали эти цацки? Неужели с ними что-то случилось?!» Маша молча кивнула. Тревожное чувство охватило и ее. Что могло произойти с Юркой и Алексеем? Они ведь здесь были. Опять, как вчера, закружилась голова. «Не пугайтесь, Маша, раньше времени, все объяснимо и не страшно», — чуткая Елена Семеновна уловила ее состояние и поспешила успокоить. Сохранение способности к логике в любых обстоятельствах было свойственно этой немолодой женщине. В школьные годы Елена Семеновна и на Всесоюзных математических олимпиадах побеждала, и по шахматам имела первый разряд. «Похоже на то, что мужчины, обнаружив сокровища, прежде, чем забрать их, решили обследовать подземный ход до конца — проверить, не был ли здесь Якуб. Ведь он искал именно склеп! И кто же расчищал заваленную лестницу? Не он ли? Я бы на месте Юры рассуждала именно так. Поэтому давайте пройдем дальше — возможно, мы нагоним их в конце коридора», — сказала она.
«Да, — согласилась Маша. Ей стало чуть легче, но кошки на сердце все скребли. — У вас батарейка на телефоне скоро кончится». Они продолжали стоять возле открытого тайника, однако сокровища уже не занимали их. Маша полезла в сумочку, чтобы достать свой телефон. Елена Семеновна направляла слабеющий свет на ее руки и сумочку, отраженным серебряным и золотым светом мерцал распахнутый тайник. Все остальное погружено было во тьму.
Резкий хлопок разорвал тишину подземелья. Одновременно со стороны второй перегородки — той, преодолевать которую собрались женщины, — полыхнул огонек — как вспышка фотоаппарата. Елена Семеновна (благодаря настольному теннису она сохраняла прекрасную реакцию) успела толкнуть Машу одновременно с хлопком, обе упали на пол. Слабый свет от телефона Елены Семеновны прекратился. Зато другой, мощный свет от большого фонаря осветил помещение.
Теперь хорошо просматривались серые стены, низкий потолок, игра золотых и серебряных оттенков в распахнутом тайнике. Елена Семеновна покосилась на Машу. Левое плечо девушки было алым от крови, лицо резко побледнело, глаза закрыты, но Елена Семеновна, лежащая рядом, заметила движение век и пульсацию на шее — жива. Без сознания, кажется.
Она перевела взгляд вверх, в сторону, откуда раздался выстрел. Фонарь теперь не светил ей в глаза. Она увидела двух незнакомых мужчин. Один из них перелезал через отверстие в стене. Второй уже проник в помещение и стоял возле лаза. В руке его был пистолет. Елена Семеновна поспешно опустила веки, притворившись, что тоже находится в бессознательном состоянии.
