Эмма посмотрела на Демуса. Он был бледным и решительным.
— Эмма, это правда, — сказал он. — Внеки не заключают сделок с врагами. Это правило, которое помогло нам выжить. Уже несколько поколений внеков выросли с ненавистью к роботам и людям, и особенно к Эмме Вальц. Погибнуть в борьбе с врагами это высшая честь для внека. Ни ты, ни я не можем их изменить. Это ничего. Я готов умереть.
Эмма посмотрела на него. “
— Вижу. Готов. …Умереть страшно. Для этого нужно много храбрости. И она у тебя есть… Только иногда жизнь требует ещё больше храбрости. Есть ли у тебя столько?
— Я не понял, — тихо сказал Демус.
— А чего тут понимать? — устало сказала Эмма. — Я не убийца и убивать тебя не буду. И внеков твоих тоже. Ваше правило хорошо, когда имеешь дело с врагами. Только проблема в том, что я не враг. …Умереть ты готов ради своего народа. А жить ради него ты готов? И не просто жить, а вернуться к ним и попытаться донести до них, что я не враг, и что нам надо действовать сообща? И всё это несмотря на их косые взгляды, недоверие и даже обвинения в предательстве и соглашательстве с врагом?
Демус нахмурился и как будто уменьшился в размере. Видимо, Эмма правильно угадала ожидаемую реакцию внеков.
— Время ужина, — устало сказала Эмма. — Пойдём есть.
За ужином Демус едва притронулся к еде. Он был мрачный и молчаливый.
— Расскажи мне о твоей семье, — спросила его Эмма. — Есть ли у тебя ещё дети? Жена?
Демус поднял на неё глаза и ответил довольно жёстко:
— Был ещё один сын. Он погиб три года назад. Защищая наш родник от роботов. Это наш основной источник воды. Роботы методично уничтожают нас всех, без жалости и сострадания. Женщин и мужчин, стариков и детей. Они не просто убивают внеков. Они ещё стараются уничтожить или отравить воду и источники еды. Единственный способ внекам выжить это уничтожить всех роботов. Внеки никогда не согласятся на перемирие. Или мы, или они.
Повисло молчание, а потом Эмма спросила:
— А что важнее для внеков: спасти свой народ или уничтожить роботов?
Глаза Демуса удивлённо расскрылись.
— Это одно и то же.
— А если нет? Если цена уничтожения роботов это гибель всех внеков?
— Что ж. Значит мы унесём своих врагов с собой в могилу.
— А если внеков можно спасти ценой мира и сосуществования с роботами?
Демус промолчал.
— Если вопрос не стоит “или одни, или другие”, — настаивала Эмма, — а на самом деле, “или все, или никто”? Что выберут внеки? Что для них важнее?
Демус опять промолчал.
— Что выберешь ты, Демус?
— Это невозможно, — наконец ответил он угрюмо. — Они машины с одной целью — уничтожать внеков. Пока существует хотя бы один робот, он будет уничтожать нас.
Эмма тяжело вздохнула.
— Ты не прав, — возразила она. — М тебя вылечил. И ни один робот на всей Базе не пытается тебя убить.
— Посмотри на 303.
— И даже он меня слушается. Позволь мне объяснить про роботов. В моей прежней жизни, до комы, я была программистом и работала как раз с автоматическими системами. Они выглядели по-другому, но по сути, это были роботы ранних поколений. Базовые принципы те же.
Эмма подумала, с чего лучше начать, и вдруг вытащила из кармана Ра и поставила его на стол рядом со своей тарелкой. Демус инстинктивно чуть отодвинулся.
— Это Ра, рабочий робот типа Ракан. Он спас мне жизнь. Я чуть не погибла в большой серии взрывов незадолго до твоего. Между прочим, в тех взрывах погибли 113 человек.
— Возвращаясь к роботам, — продолжила Эмма. — Это верно, что у каждого робота есть цель. И даже не одна. У каждого робота есть три основных цели: защита людей, выполнение команд и защита самого себя. Ра, например, специализированный робот, у него есть дополнительная цель: уборка. Чтобы цели друг другу не противоречили, у них есть приоритеты. На первом месте защита людей. Робот не будет выполнять команду, если от этого пострадают люди. И он пожертвует собой для защиты человека или выполнение его команды. В то же время, цель самосохранения сильна, если это не противоречит первым двум целям. Это имеет смысл, потому что сломаный робот не сможет выполнить команду или защитить человека.
— Посмотри на Ра, — Эмма указала на маленького ракана, замершего неподвижно на столе. — Он ничего не делает, потому что все его цели удовлетворены. Я в безопасности, все команды выполнены, ему тоже ничто не угрожает. И на столе чисто.
Эмма отломила чуть-чуть хлеба и накрошила его на стол. Ра бросился убирать крошки. Эмма нацелила на него вилку, пытаясь прижать его к столу. Ра ловко увернулся и отбежал под прикрытие миски с хлебом.
— Самосохранение важнее уборки, — прокомментировала Эмма и убрала вилку. Ра вернулся к крошкам и начал их убирать.
— Ра, дай мне салфетку, — скомандовала Эмма. Ра прекратил уборку, подбежал к коробке с бумажными салфетками и принёс одну Эмме. После чего убрал остатки крошек и снова замер.
— Моя команда имеет более высокий приоритет, чем уборка. Ра, не шевелись 3 минуты.
