— Это моя жена… Ей 52 года. Ростом с тебя, но намного худее… Она очень ослабела, и до моего ухода уже месяц, как кашляла кровью… Я даже не уверен, что застану её живой…
— Демус, — Эмма начала движение, чтобы дотронуться до его руки, но вовремя остановилась, заметив, как Демус рефлекторно отодвинулся, — М рассчитает и приготовит для неё индивидуальный набор лекарств.
На следующий день строительный робот отвёз тела двух убитых внеков на условленное место. Обошлось без происшествий. Робот безпрепятственно вернулся на Базу.
Забрали ли внеки тела, осталось неизвестно.
М8225 продолжал докладывать Эмме о лечении Демуса дважды в день. Ещё через день он сообщил:
— Демус практически здоров и только что получил последнюю дозу антибиотика внутривенно. Дальнейшее медицинское вмешательство не требуется.
— Внутривенно? — удивилась Эмма. — Почему внутривенно?
— По распоряжению 303, вместе с наномаркерами.
— Какими такими наномаркерами?
— Внутривенные наномаркеры ВН18 для отслеживания перемещения млекопитающих. Работают в радио диапазоне 10 КГц, совершенно безвредны для носителя. Гарантированная продолжительность отслеживания 1 месяц.
“
Следующие два часа Эмма потратила, изучая всё, что смогла найти в центральной базе данных про наномаркеры в целом и ВН18 в частности. Она выяснила, что это микроскопические (меньше эритроцита) электронные устройства, непрерывно излучающие радиосигнал. Они никак не взаимодействуют с организмом носителя и постепенно выводятся естественным путём благодаря диффузии. Соответственно, сила сигнала спадает со временем. Месяц отслеживания обеспечивается при условии специального дрона, следующего за целью на расстоянии не более трёх километров. Тем не менее, в первые три дня сигнал будет достаточно сильный, чтобы высокочувствительные радары на Базе смогли проследить местоположение Демуса на расстоянии до 20 километров.
Вне живого тела наноморкеры были хрупкими и легко разрушались от высокой или низкой температуры, ультрафиолета или химически активных веществ, таких как кислота, щёлочь или спирт. А организм носителя обеспечивал для них естественную защиту. Нельзя разрушить наномаркеры, не навредив носителю. Ну, дела…
Эмма нашла Демуса лежащим на его кровати и задумчиво изучающего потолок.
— Привет, — подчёркнуто жизнерадостно сказала Эмма, — пойдём, поможешь мне выбрать в оранжерее какой-нибудь фрукт в подарок Самиру.
Демус повернул к ней голову: — Плевал он на твои фрукты.
— Думаешь, плохая идея? Может быть… Всё равно, пойдём, вдвоём веселее. Я хочу сорвать свежий лимон к ужину и заодно показать тебе оранжерею. Это моя гордость, я за ней сама ухаживаю.
— Почему сама?
— Узнаешь, если пойдёшь, — лукаво улыбнулась Эмма.
Демусу всё равно нечего было делать. Он встал и пошёл за Эммой.
— Ух, как влажно! — воскликнул он, когда они вошли в оранжерею, и большая стеклянная дверь за ними закрылась.
— Ага, поэтому роботы сюда не ходят. Да и вообще, любая электроника здесь быстро загибается, так что её тут нет. Включая микрофоны. — Эмма многозначительно на него посмотрела. — Вон там могут быть спелые лимоны, — и она устремилась вглубь оранжереи. Демус последовал за ней.
— Это единственное место на Базе, где роботы не слышат, что мы говорим, — сказала она, остановившись в относительно густых зарослях. — Камеры снаружи следят за каждым нашим движением, но звука они не слышат. Я не знаю, умеют ли они читать по губам, но здесь достаточно густо, чтобы создать им трудности. На всякий случай мы будем делать вид, что я показываю тебе оранжерею.
— Вот это называется лимон, — Эмма сорвала лимон и дала Демусу, тот взял его осторожно, стараясь не коснуться её пальцев. — Он кислый, но вкусный, и хорошо подойдёт к нашему коньяку за ужином.
Пока Демус вертел в руках лимон и рассматривал его, Эмма сообщила ему про наномаркеры. Демус вскинул на неё встревоженные глаза.
— Это была инициатива 303, я узнала об этом случайно!
— Ты же запретила им вести военные действия!
— Формально он не нарушил запрет. Сбор информации это не военное действие. И тебе он не нанёс никакого вреда.
— Но ведь…
— Я с тобой согласна. Поэтому я тебе про это и рассказываю.
Эмма кратко пересказала всё, что вычитала про наномаркеры.
— Я не знаю, как далеко ваше поселение, но надо или отойти от Базы на километр и отсидеться дня четыре, или идти домой окружным путём, запутывая следы.
— Подожди… Ты говоришь, алкоголь их разрушает?
— Только высокая концентрация, вредная для человека.
– “Вредная” и “смертельная” это вещи разные. Мы, внеки, народ крепкий. Надо прихватить из твоего погреба что-нибудь покрепче и нейтральное на вкус. Я отойду на километр и напьюсь, типа “на радости”. Пока просплюсь, ещё время пройдёт, а там и домой можно идти.
— У меня есть идея. Возьми с собой радиоприёмник с измерением сигнала. Я составлю для тебя таблицу, какой сигнал на каком расстоянии детектируется на Базе.
— Это хорошая идея.
