Эмма пролила немного сока на стол. Ра не двинулся с места. Тогда Эмма поднесла нож к своему пальцу и прижала острый кончик к коже. Ра бросился к пальцу и приподнял нож. Он был на удивление сильным для своего маленького размера.
Эмма убрала нож. Ра застыл неподвижно на её пальце. Эмма стряхнула его на стол и продолжила есть. Через некоторое время Ра ожил и быстро убрал пролитый сок.
— Возникает естественный вопрос, — продолжила Эмма, — если защита разных людей противоречит друг другу, кого спасать в первую очередь, рискуя не спасти другого? Опять вводятся приоритеты. Насколько я понимаю, у меня самый высокий приоритет.
После паузы Эмма добавила:
— Когда внеки и люди стали воевать, внеки были объявлены не-людьми, что позволило их убивать.
— Это говорит что-то о людях, — проворчал Демус с горечью.
— О внеках тоже.
Демус отпил воду из своего стакана, посмотрел на него в мрачной задумчивости и вдруг спросил:
— У тебя есть что-нибудь покрепче?
— Ты имеешь в виду спиртное?
— Да.
— На Базе есть винное хранилище, — произнёс приятным голосом Комм.
Эмма вздрогнула. Кусочек, который она подносила ко рту, упал в тарелку. “
— О! А я и не знала, — Эмма старательно изобразила беспечность. — Пойдём посмотрим? — предложила она Демусу.
Тот кивнул.
Комм сопроводил их до винного хранилища, которое распологалось под землёй, на самом нижнем уровне. Вина, простоявшие больше 70-ти лет, оказались безнадёжно испорчены. Они открыли бутылку виски. Запах был какой-то химический и неприятный.
— Наверно, от времени тут всё испортилось, — сказала Эмма, но Демус решил попробовать.
И тут же выплюнул: — Ну и гадость!
Он продолжил открывать другие бутылки, но ограничился нюханьем. Эмма просто рассматривала этикетки.
— Вот этот вроде бы живой, — Демус показал ей бутылку коньяка.
Эмма была настроена скептически. Демус решился попробовать.
— Хм… неплохо! — воскликнул он и протянул бутылку Эмме. Она осторожно понюхала. Запах был густой, глубокий и благородный.
— Ну, может быть, — неуверенно сказала она.
Коньяк действительно оказался хорош. Эмма ни разу такого не пробовала. Казалось, все стороны его вкуса сгладились и сплавились в одно целое, гармоничное и бархатное.
— Такой коньяк смаковать хочется, — пробурчал Демус, — им не напьёшься.
— Это хорошо. Лекарство от чахотки с алкоголем плохо сочетается. Тебе его ещё два дня принимать.
— Почему? Я чувствую себя здоровым.
— Демус, ты знаешь, отчего получаются болезни?
— От микробов.
— Микробы бывают разные. Есть вирусы, и есть бактерии. Вирусы не могут сами размножаться, они используют для этого клетки организма, который они заразили. Иммунная система научивается их распознавать и нейтрализовывать. Довольно эффективно. А вот лекарств от них нет.
— Бактерии сами размножаются, — продолжила Эмма. — Они используют заражённый организм как еду. В результате, они размножаются медленнее, чем вирусы, но организму гораздо труднее с ними бороться. Раз они едят, то им можно скормить яд и убить их. Такой яд в правильной концентрации становится лекарством: смертельным для бактерий и безвредным для человека. Такое лекарство называется антибиотиком. Индивидуальные бактерии разные, как все живые существа. Большинство из них погибает при данной концентрации яда через несколько часов. Но часть их остаётся. Из них, большинство погибает через день. Редкие оставшиеся — через несколько дней.
— Но их уже мало, дальше организм уже сам справится.
— Скорее всего да. Особенно, сильный и здоровый организм. Но подумай, какие бактерии остались в конце? Самые сильные и живучие. И устойчивые к лекарству. Пока организм с ними справляется, они продолжают размножаться. И заражать других людей! И среди новых поколений могут появиться (и обязательно появятся) ещё белее устойчивые к лекарству, которых забороть будет гораздо, гораздо труднее. Вместо уничтожения плохих бактерий получается выведение новых, ещё белее вредных и опасных пород.
Демус понимающе кивнул.
— Доза лекарства и длительность лечения, — сказала Эмма, — рассчитаны так, чтобы все-все бактерии погибли наверняка. Поэтому так важно довести лечение до конца.
— Ты действительно можешь передать лекарство от чахотки внекам?
— Да, конечно. На Базе есть некоторый запас, и мы можем сделать больше, столько, сколько надо. Мне кажется, что это самые насущные проблемы внеков — роботы и чахотка. Я права?
— Да, — Демус помолчал и тихо спросил: — А поможет это лекарство на последней стадии чахотки?
Эмма поняла, что он говорит о ком-то близком.
— Оно убъёт бактерии, — так же тихо ответила она, — остановит разрушение. Но организм сам должен восстановить то, что уже разрушено. Витамины, хорошее питание и много свежего воздуха могут помочь, но многое зависит от организма.
— Если бы мы знали вес и возраст человека, — добавила Эмма, — М смог бы рассчитать индивидуальные дозу и курс лечения, чтобы увеличить шансы.
