— Ха!
— Эта девушка…
— Эта стерва. — Она не стерва.
— Ну конечно. Она ирландская девственница. Пойди, обними ее. Что ты стоишь? Убирайся отсюда, пока я тебя не ударила.
— Послушай, это все ерунда…
— Конечно, ерунда. Все, что было между нами, — ерунда. Так что давай иди отсюда!
— Говори потише, а то все сбегутся.
— Идут себе под ручку, парочка влюбленных…
— У нее были важные сведения.
— Еще бы!
— По делу Лейденов. Она пришла в следственный отдел…
— Еще бы у нее не было сведений. — В голосе Синди послышались истерические нотки. — У нее такие сведения, каких не было у царицы Клеопатры. Послушай, убирайся-ка подальше и оставь меня в покое. Уйди по-хорошему, а? Беги за своими важными сведениями.
— Синди!
— Я-то думала, мы любим друг друга.
— Это правда.
— Я думала, мы поженимся, заведем детей, будем жить где-нибудь на природе…
— Синди!
— Но стоит какой-то дешевке тебе улыбнуться…
— Синди, это симпатичная девушка, которая…
— Перестань! — крикнула Синди. — Не смей ее защищать!
— Я не собираюсь ее защищать…
— Тогда зачем ты пришел?
— Чтобы сказать тебе, что я тебя люблю.
— Тогда почему вы вдвоем…
— Мы просто пошли выпить по чашке кофе, вот и все.
— Ну конечно.
— Мне не нужен в этом мире никто, кроме тебя, — сказал Клинг.
Синди промолчала.
— Я серьезно. Она молчала.
— Я люблю тебя.
Клинг ждал, а она стояла, глядя в пол. Он не смел подойти к ней.
— Прошу тебя, хватит! — сказал он.
— Я хотела убить тебя, — жалобно проговорила Синди. — Когда увидела вас вместе, я хотела тебя убить.
По-прежнему не поднимая головы, она тихо заплакала. Клинг подошел к ней, обнял и прижал ее голову к груди. Он гладил ее по волосам, а слезы капали ему на пиджак.
— Я так люблю тебя, — сказала она, — что была готова тебя убить.
Днем в воскресенье супруги Пимм вернулись из Пуэрто-Рико, и тут же к ним нагрянули визитеры из полиции. Клинг и Карелла заявились как раз в тот момент, когда супруги распаковывали чемоданы. Это была их первая поездка на Карибское море, и они сгорали от нетерпения рассказать кому-нибудь — кому угодно — о впечатлениях. Детективы оказались первыми, с кем они увиделись после возвращения.
— Удивительный остров! — воскликнул Пимм. — Вы там когда-нибудь бывали?
— Нет, — сказал Карелла.
— Нет, — сказал Клинг.
Мистер Пимм, стройный худощавый человек с ярко-голубыми глазами и песочными волосами, неплохо загорел на острове. Он распаковывал чемоданы с энергией человека, который чувствовал себя в форме. Его жена Джанин, миниатюрная брюнетка, разбирала вещи, извлеченные мужем из чемоданов, и относила их в стенной шкаф и ванную. У нее начала облезать кожа, особенно на носу. Рассуждения мужа об острове она слушала с улыбкой.
— Если судить по нашему городу, — говорил он, — можно подумать, будто пуэрториканцы — жалкие неудачники. Наркоманы, хулиганы, проститутки и все такое прочее. Ты уж меня извини, дорогая, — добавил он, обращаясь к супруге.
— Ничего, ничего, Джордж, — улыбнулась та.
— Но поверьте мне, в действительности это милейшие, очаровательнейшие люди на свете, — продолжал Пимм. — Например, выходим мы из "Эль Конвенто", это отель в самом центре старого Сан-Хуана, выходим мы после обеда из варьете — кстати, прекрасное шоу! Время за полночь, правильно, дорогая?
— Да, явно за полночь, — подтвердила Джанин.
— Вы представляете себе, что значит пройти по пуэрториканскому району нашего города в такое время? Хотя бы по латиноамериканской части Калвера. После полуночи! Не сочтите за выпад, дорогие друзья, но это означает подвергнуть себя смертельному риску, не так ли?
— Трущобы все одинаковы, — сказал Карелла. — Я бы не рискнул пройти после полуночи и по Эйнсли.
— Джорджа и на Холл-авеню не затащишь, — вставила с улыбкой Джанин Пимм.
— Неправда, — возразил ее муж. — Холл-авеню спокойная улица, там можно чувствовать себя в полной безопасности, верно я говорю?
— Грабежи и нападения бывают и в хороших районах, — ответил Карелла, — но вообще-то на Холл-авеню более или менее спокойно.
— Но я, собственно, не об этом, — продолжал Пимм. — Я о другом. Гуляем мы по улицам старого Сан-Хуана глубокой ночью, единственные туристы, вокруг сплошь пуэрториканцы, но мы совершенно не боялись, что с нами может что-то случиться. Мы чувствовали себя в полной безопасности и не сомневались, что эти люди не только не собираются причинять нам вред, но даже рады нам и в случае чего готовы прийти на помощь. Почему же тогда это происходит?
— Что именно?
— Как только они приезжают в наш город, тут же начинают выбрасывать мусор из окон, пачкают, как свиньи, употребляют наркотики, продают своих сестер, нарушают порядок. Почему так происходит?
— Может быть, они гораздо гостеприимнее, чем мы? — спросил Карелла.
— Вы так думаете?
— Может быть, если бы мы помогали им чувствовать себя в безопасности, все было бы по-другому?
— Так или иначе, — задумчиво протянул Пимм, — это очаровательный остров.
— Расскажи им об Эль Хунке, — попросила Джанин.
— Ну конечно! Это тропический лес. Если попасть в эти дебри…
— Это самые настоящие джунгли, — вставила Джанин.
— Вот именно, джунгли, — подтвердил Пимм. — И в них…
