— Но когда убили девушку, забыла ее фамилию, а потом Сэла Палумбо — это* был. замечательный маленький итальянец, он учил английский на вечерних курсах… а потом Эндрю Маллигана и Руди… тут я убедилась окончательно. Я сказала мужу: "Алек, кто-то убивает всех, кто играл в пьесе, которую мы ставили в сороковом году в Рамсийском университете". Так и сказала.
— И что сказал ваш муж?
— Он сказал: "Элен, ты сошла с ума".
— Понятно.
— "Совсем сошла с ума", — повторила Элен, опуская глаза. — Поэтому я решила прийти сюда.
— Зачем? У вас для нас есть какая-нибудь информация?
— Нет. — Элен вытерла губы. — Видите ли, я актриса.
— Понятно.
— Да. Элен Вейл. Как вы думаете, Стразерс звучало бы лучше?
— Прошу прощения?
— Стразерс — это моя девичья фамилия. Как по-вашему, Вейл лучше?
— По-моему, отлично.
— Элен Вейл звучит очень хорошо, — подтвердил Мейер.
— Безупречно, — сказала она. — Классически.
— Да.
— И "Элен" тоже звучит безупречно и классически.
— Да, тоже звучит.
— А "Вейл" добавляет таинственности, вам не кажется? Вейл. В-Е-Й-Л. Это настоящая фамилия моего мужа. Элен Вейл. Очень загадочно.
— Конечно.
— И поскольку я актриса, я решила, что должна прийти к вам.
— Зачем?
— Кому нужна мертвая актриса? — простодушно спросила Элен, пожимая плечами и разводя руками.
— Действительно, — поддержал ее Мейер.
— Поэтому я и пришла.
В комнату небрежной походкой вошел Мисколо и спросил:
— Кто-нибудь хочет кофе? О, простите, я и не знал, что у вас посетительница. — Он любезно улыбнулся Элен, и та с притворной застенчивостью улыбнулась в ответ и поправила юбку. — Не желаете кофе, мисс?
— Нет, благодарю вас. Но спасибо, что предложили.
— Не за что, — ответил Мисколо и, насвистывая, удалился.
— Я чуть было не вышла за человека по фамилии Лич, — сказала Элен. — Элен Лич, по-моему, ужасно, правда?
— Ужасно, — согласился Мейер.
— Хотя он был очень приятный парень.
— Мисс Лич… мисс… э… миссис Вейл, — вмешался Карелла, — что вы помните о
— Я играла Кейт.
— А что еще?
— Больше ничего.
— Совсем ничего?
— По-моему, это была довольно слабая постановочка. А больше ничего не помню.
— Что вы можете сказать о ваших партнерах?
— Все ребята были просто восхитительны!
— А девушки?
— Я никого из них не помню.
— Вы случайно не знаете, вышла ли замуж Маргарет Бафф?
— Нет, я ее совершенно не помню.
В комнату вошли двое патрульных, покрутились у картотечных ящиков, потом подошли к автомату с газированной водой и выпили по три стакана каждый, не сводя глаз с Элен, которая сидела, закинув ногу на ногу. Выходя из комнаты, они столкнулись еще с четырьмя патрульными. Карелла подозрительно посмотрел на них, но все четверо сновали по дежурке с чрезвычайно занятым видом, и, казалось, только случайно их взгляды натыкаются на Элен.
— Миссис Вейл, вы были актрисой с тех самых пор, как окончили колледж? — спросил Карелла.
— Да. Я состою в профсоюзе актеров, а еще в
— Миссис Вейл, вам когда-нибудь угрожали?
— Нет, — нахмурилась Элен. — Это очень смешной вопрос. Почему это должно касаться только меня одной, если убийца преследует
— Миссис Вейл, дело в том, что все эти убийства могут лишь выполнять роль дымовой завесы. Вполне возможно, что он хочет убить лишь
— Неужели?
— Да.
— Я не поняла ни слова, — призналась Элен.
— Видите ли…
— Кроме того, меня это не интересует. Я имею в виду его мотивы и так далее.
Видимо, слухи о появлении Элен быстро распространились не только по всему участку, но и за его пределами, так как теперь в комнате, было уже четырнадцать патрульных. За все время работы детективом Карелла. только однажды видел в этой комнате столько полицейских одновременно — это было после того, как комиссар издал приказ, запрещающий полицейским работу по совместительству, и все собрались на импровизированное открытое собрание, чтобы излить душу.
— А
— По-моему, мне нужна охрана, — сказал она потупив взгляд, словно речь шла не о снайпере, который убивает людей, а о полицейских, толпившихся в комнате, словно косяк сардин.
Карелла неожиданно поднялся и сказал:
— Ребята, здесь стало немного душновато. Почему бы вам не провести свое собрание где-нибудь еще, скажем, в раздевалке?
— Какое еще собрание? — спросил один из патрульных.
— Которое начнется у вас в раздевалке ровно через три минуты, пока я не позвонил капитану Фрику.
Патрульные начали расходиться. Один из них негромко, но довольно
— Мы
— Буду вам очень благодарна, — сказала она. — Кого?
— Ну, это зависит от того, кто сейчас в наличии и что…
— Я уверена, что на него можно будет положиться.