Узкая деревянная тропа вела сквозь руины. Довольно скоро неприятное впечатление усилилось. По мере продвижения вглубь становилось темнее. С мраком боролись лишь редкие прожекторы и синий свет кварцевых, словно больничных, ламп. Теперь древний город в безжизненном трупном сиянии выглядел жутко. Воображение подсовывало крадущиеся за спиной тени, сжимающие в полусгнивших костлявых пальцах истлевшие куски одеяла, для злостного удушения пришельцев. Максиму показалось, что он вновь попал в свой ночной кошмар. Но карандаша в руке не было. Значит, сейчас он не спал. Наверное.
София не торопилась с объяснениями. Она невозмутимо пробиралась по тропе, указывая дорогу. Максим шёл на полшага сзади. Заметил, что девушка оставляла рядом с собой немного места, словно был ещё один спутник, очень маленький. Странно. Впрочем, сейчас главное другое. Синий свет был в его сне неспроста.
— Что тут дезинфицируют? Тысячи лет эти руины поливал дождь, жарило солнце. Археологи лишь убрали верхний слой вулканического пепла, как в Помпеях, в Италии. Но там нет кварцевых ламп.
— Знаешь, раньше здесь постоянно болели чем-то вроде гриппа. Теперь гриппа нет, слава Богу. Хотя иной чертовщины хватает, — охотно отозвалась девушка.
— Как это? — наэлектризованный ожиданием мозг жадно впитывал информацию.
— Слушай. Тут так всё странно. Постоянно происходят несчастные случаи. Руководителя работ раздавило обвалившейся стеной. Прямо на глазах сотрудников. Все так переживали. Потом — опять беда. Будешь смеяться. Его заместитель свалился в яму и раскроил голову о кусок колонны. Кровищи…
Максим представил. Смеяться не хотелось.
— Так, — загибала девушка пальцы, — два лаборанта в обеденный перерыв пошли к морю и утонули. Кто-то ещё, уже не помню. Кажется, все, кто начинал раскопки, погибли. Причём вроде бы случайно. Помнишь, похожая история была с гробницей Тутанхамона в Египте? Там тоже все, кто распечатывал захоронение, в течение нескольких лет умерли.
— «Проклятие фараона». Читал, но говорили, что факты подтасованы в погоне за сенсацией.
— Ну да. А как должны были написать? «Фараон обиделся и наказал осквернителей могилы. Горе вам, люди! Вы ничего не знаете о мире, в котором живёте…»
Максиму мешала мысль о необходимости торопиться. Она беспокоила разум своим лихорадочным вскрикиванием и нетерпеливым бормотанием: «Вот! Ещё минута прошла! А что сделал ты?» От постоянного пришпоривания мозг сбивался. Если бы выкинуть всё из головы… Трудно не думать о часе назначенной смерти.
София между тем объясняла:
— Понимаешь, обычные раскопки не дезинфицируют, потому что там уже всё умерло. Здесь не так. Это место не мёртвое. Рабочим страшно, сбегают через неделю, наслушавшись историй о движущихся камнях, которые нападают на людей. Помнишь роман Стругацких «Пикник на обочине»? Здесь тоже странная зона.
— Пришельцы?
— Ты серьёзно? Конечно, нет, — замялась София, но её ответ прозвучал как-то неуверенно.
Они медленно продвигались вглубь. Здесь дома сохранились лучше и выглядели на удивление современными. Кое-где попадались неплохо оборудованные ванные комнаты. Максиму показалось, что он видел ванную и биде практически современных форм, но им было много тысяч лет. «Ничего не знаем о мире, в котором живём…» — вспомнил он слова Софии.
— Зачем над зоной металлическая крыша? — человеческий голос звучал серо среди мёртвого молчания руин, словно прислушивающихся к разговору.
— Защищает от подглядывающих из космоса спутников. Слишком много любопытных. Американцы, русские… Как говорят в Израиле, все хотят чуточку тёти Сары. Вот и приходится создавать камуфляж — мол, просто древнее минойское городище. Странное немного и с хорошей охраной. Не нужен лишний ажиотаж. Как вокруг Антарктиды…
Они помолчали. Максим понимал, что она имеет в виду. Антарктида была сплошной аномальной зоной, или, скорее, бельмом на глазу у многих стран. Борьба за обладание её тайнами давно превратилась в постоянно идущую войну, о которой большинство людей не подозревало.
— Поэтому сюда пускают экскурсантов, — догадался он.
— Да-да, хотя это небезопасно.
Вокруг всё было ненастоящим, словно кто-то умело прятал правду, подсовывая ерунду. Туристы бродили в аномальной зоне среди кварцевых больничных ламп, убивавших что-то в тысячелетних руинах. Антарктида. Пришельцы. Бред какой-то. Ещё краны стоят многотонные, как в порту…
— Что они здесь поднимают? — кивнул Максим на мощную технику. — Амфоры?
— Вот-вот. Ты заметил. Это самое интересное. Здесь найдена какая-то непонятная геологическая аномалия. Её называют просто «объект» — поскольку никто не знает, что это. Просто безумное переплетение кристаллов и металлизированных пород естественного происхождения. В мире не встречали ничего подобного.
— Огромный, должно быть, «объект»?
— Ну, как сказать. Десять метров в длину и около двух в ширину и глубину. Аккуратно откопали по периметру, собирались вытащить, но пока поступил приказ не трогать. Все чего-то боятся.
