что купил венок и намерен опустить его на воду, когда достигнем середины озера. При этом добавил, что не знает, как это разумнее сделать. Повод – поступить так – у Ивана был очень важный: его отец, Ребров Василий, был призван на фронт в самом начале войны из Новосибирска, где работал шофером. Зимой 1941-1942 гг. в условиях беспощадных бомбежек с воздуха доставлял на полуторке по дороге жизни продовольствие в осажденный врагом Ленинград. Василий сделал шесть результативных рейсов, перебросив с материка 9 тонн продуктов голодающим жителям Ленинграда. В седьмую поездку бомба упала у колес его машины, и шофер вместе с ней ушел под лед на дно Ладоги…
Посоветовавшись с Иваном, мы решили подняться к капитану и попросить его на минуту замедлить ход корабля. Капитан с пониманием отнесся к нашей просьбе: был отключен винт теплохода, и при еле заметном ходе мы с Иваном опустили венок на воду Ладоги. А над ней прозвучало шесть протяжных гудков в память о Василии Реброве и всех жертвах военных лет.
Никому из пассажиров не пришлось объяснять, зачем это делается. Теплоход, покачиваясь, поплыл дальше. Впереди нас ждал Валаам.
Валаам… Таинственное слово, пришедшее к нам из глубины веков. Вокруг главного острова Валаама группами и в одиночку разбросаны острова и островки (всего их более 50). Затерянный среди просторов Ладоги, Валаам возник перед нами, словно мираж, и медленно поплыл навстречу, постоянно меняясь, открывая все новые и новые грани своего существа и очарования.
На экскурсии нам сказали, что история не сохранила сведений, когда пришли на Валаам первые поселенцы. Однако известно, что в 14-м веке Валаамский Спасо-Преображенский мужской монастырь был одним из крупнейших на Севере. Владея огромными вотчинами в Приладожье и Карелии, он оказывал значительное влияние на экономическую и культурную жизнь русского Севера, был центром искусства письма и оформления книги.
С экскурсоводом мы прошагали по всему острову, подолгу останавливаясь у достопримечательностей и любуясь неповторимой природой. Послушники-монахи, не жалея себя, вручную проложили дороги и дорожки, возвели мосты и мостики. Как муравьи, не покладая рук своих, они на ладьях возили перегной и чернозем с материка, чтобы помочь природе озеленить остров. И не просто озеленить, а приложить при
этом фантазию ума и искусно выполнить задуманное.
Овощи, фрукты, молоко и мясо брали они не в супермаркетах – все растили и создавали сами. К тому же до такой степени результативно, что вывозили огромные излишки на материк.
Осмотрев остров изнутри, мы смогли полюбоваться им снаружи и со всех сторон: нам предложили водную прогулку вокруг Валаама на катере. И только тогда мы поняли, почему эта неземная красота так привлекала внимание выдающихся художников.
Я спросил Петровича, не хочется ли ему еще раз повторить этот маршрут. «С превеликим удовольствием, – ответил он, – но об этом можно теперь только мечтать».
Несколько вечеров кряду Петрович рассказывал мне о впечатлениях, вынесенных им от посещения Вильнюса, Таллина и Риги.
– Знакомство с Прибалтикой началось у меня в 1978 году по приезде на конференцию в столицу Литвы. Местность, на которой расположен город, напомнила мне чем-то ту, на которой раскинулась Казань. Хотя город расположен в живописной долине, где сливаются реки Вильня и Нярис, такой большой воды, как в Казани, в Вильнюсе нет. Город по-европейски красив и очень ухожен. В нем много цветников и садов. Седая старина мирно соседствует с современностью, и обе находятся в гармонии. Башня Вильнюсского замка сооружена еще в XIV веке, Костел Петра и Павла – в XVII, Костел Анны – в XVI. А памятник генералу армии И.Черняховскому (творение скульптора Н.Томского) сооружен в послевоенное время. На экскурсии нам показали самые современные и во многом образцовые планировки и застройки жилых районов Вильнюса Жирмунай и Лаздинай, за которые группы архитекторов и строителей получили госпремии СССР.
Посетили мы и католический собор Петра и Павла, чудом уцелевший во время беспощадных бомбардировок гитлеровцев в 1941-44 гг. В соборе мне бросилось в глаза и запомнилось на всю жизнь углубление в мраморном изваянии божества, к лику которого прикладывались губами верующие на протяжении более трех веков. Лунка по глубине составляла 4-5 см…
