Мне самому не по себе… Да, обман-то раскрыт, расчет ведьм не оправдался, мы не зарылись в кювет, пытаясь объехать подосланное наваждение… Но поздравить себя не с чем. У кого хватит воли давить ребенка колесами, даже зная, что это лишь морок? Только у того, кто способен задавить в себе все человеческое. Или уже задавил. Будь я за рулем, не смог бы, повернул бы в сосну. И не пожалел бы. Бросать надо эту работу… Пока еще есть ради чего.
– Альпин, а если бы вы ошиблись? Одного человека вы сегодня уже убили. То был не мираж.
– Ведьму, Леннокс. Я убил ведьму. Надеюсь, вы правы, и она действительно мертва. Стрелял серебряной дробью, все как положено. Не одобряете? Это вы по молодости. Еще поймете, что рыцари Круглого Стола возвысились не потому, что миндальничали с врагами.
– Серебро – для вампиров, а не ведьм.
– Что?
– Неважно. Я просто не понимаю… Да, они похитили рыцаря, вмешались в расследование… Но убивать за это?… Казнить на месте…
– Леннокс! Вы ведь ничего не знаете. Мы понятия не имели, что вас похитили! Лантура сказал, что вы отправились что-то разведать. Сегодня-то мы забеспокоились, что от вас ни слуху ни духу… Но возникли проблемы посерьезнее.
– Так вы не меня искали? Что же вы здесь делали?
– Проверяли старые чародейские логова. Пока вас не было, Леннокс, заварилась дрянная каша. Похоже, мы на пороге войны. И первый удар наши враги уже нанесли.
– Да о чем вы?
– В Анерленго началась чума. Магического происхождения. Такая уже была – сразу после Великой Резни. В тот раз ее наслали ведьмы. Если б РКС их тогда добили, этого бы не повторилось… Вот что. Я вызову к Интернатскому замку оперативную группу. А вас и девушек отвезу в больницу. Вечером встретимся в офисе. Надеюсь, вы и правда сечете в колдовских делах. На кону репутация РКС. И бессчетное количество жизней.
– Ну как вы себя чувствуете?
– Спасибо, уже лучше. Доктор прописал сон и покой.
– Ха. Боюсь, ни то ни другое вам не светит в ближайшее время. А те девушки, что были с вами? Альпин сказал, одну из них ранили…
– Ее заштопали. Ничего слишком серьезного. Сейчас они обе у меня в замке, в Вальмонсо. Врачи были против выписки, но я не хотел оставлять их в больнице. Туда могут наведаться ведьмы.
– Так кто эти особы, что помогли вам?
– Археологи из Томбрюке. Девушки просто интересовались руинами.
– А вас-то как занесло в Интернатский замок? Вы догадались о ведьмовской угрозе еще до того, как мы узнали про чуму?
Я вытаскиваю из дымящейся кружки разбухший чайный пакетик. Начальник отдела Ноткер – потухшая сигарета в сухих губах, оттянутый галстук, красная щека от длительно прижатой телефонной трубки – подталкивает ко мне пепельницу. Пристраиваю капающий пакетик рядом с кладбищем окурков. Отхлебываю горький чай, отдающий водопроводом.
Альпин мрачен, сидит в стороне, перекрестив и руки, и ноги. Его брови с уголками губ образуют тоже что-то вроде креста. Недоволен. Повторный рейд по развалинам ничего не дал. Ведьм там уже не было. Трупа убитой им колдуньи – тоже.
Лантура выглядит потерянным. Русые брови подняты на неодинаковую высоту. Он то смотрит на меня, то косится на шефа, то вчитывается в бумаги, разложенные перед ним.
Кент, отвернувшись, стоит у чернильного окна. Руки сцеплены за спиной. Поза безучастности – столь подчеркнутая, что нет сомнений: старый рыцарь не пропускает ни одного слова, звучащего за столом.
Так что мне ответить коллегам? Не по мне это, изворачиваться. А только, похоже, придется. Передам им в руки всю правду – и сбудется пророчество колдуньи. Начнется новая охота. Да она уже и началась. А я еще заикался про союзничество рыцарей и ведьм.
Мне отчаянно нужна отсрочка, чтобы во всем разобраться. И до этого момента желательно не допустить резких движений. Ни с нашей стороны. Ни со стороны ведьм. Полуправда. Вот лучшее решение. Скажу соратникам то, что они и так уже знают. Или подозревают.
– Насчет ведьмовской угрозы… Нет, об этом мне ничего не известно. Кроме того, что они сами в опасности.
Ноткер снова закуривает.
– Леннокс, скажите прямо: вы с самого начала поняли, что анерленгские красавицы – шлюхи дьявола?
– Вы слишком высоко оцениваете мои способности. Я считал, что ведьмы – безобразные старухи. И чтоб бородавка на носу – размером со сливу. А если вспомним тех, кого инквизиция сожгла на костре за колдовство, то попадались среди них всякие: и красивые, и уродливые, и самые обычные. И мужчины, и женщины. Так что нет, я знал не больше вашего. По крайней мере до тех пор, пока мы с Лантурой не заглянули в морг. Среди вещей Лоры Камеды был медальон. Он-то и вывел меня на ведьм.
– Как это – вывел? Подсказал, куда идти? Полмили прямо, потом поверните направо?
– Что-то в этом роде. Голосов я не слышал… Просто возникло… соответствующее наитие.
– Как можно так рисковать! – качает головой Альпин. – Я и сам касался этой вещицы. В перчатках. А перчатки потом сжег. Это же колдовской амулет. Они могли вас завербовать с его помощью. Поработить. Вы совсем не боитесь за свою душу?
