Как это чаще всего бывало, Тристан услышал раньше, чем увидел. Его острый слух уловил отрывистые выкрики и звуки возни по ту сторону склона. Пара мгновений понадобилась потомку Керна, чтобы понять - их издавали люди. Четверо, может, пятеро. Слов отсюда он разобрать не мог, но понял, что говорят они на незнакомом языке. Молодой принц положил ладонь на рукоять меча, притороченного к седлу, и крепко держа поводья, позволил лошади взобраться на вершину пригорка. Деревья и камни расступились, и глазам юноши предстала небольшая зеленая долина, зажатая со всех сторон отвесными скалами. Тропка, которой он ехал, петляя, плавно спускалась вниз по склону, поросшему редким кустарником. В стороне от нее, прямо в толще скальной стены, ограждающей долину, зиял черный проем пещеры. Возле него суетились четверо мужчин, одетые в лохмотья из шкур и грубой клетчатой ткани. Одежда не только выглядела убого, но и, судя по всему, никогда не менялась - даже отсюда Тристан уловил их тяжёлый мускусный запах. Все четверо были вооружены, столь же примитивно, как и одеты - дубинками и копьями. Пикты, без сомнения. Они оказались намного ближе, чем юноша решил изначально - его подвело эхо, отразившееся от скал. Громко улюлюкая и радостно выкрикивая что-то на своем грубоватом языке, они волокли кого-то из пещеры наружу. Кажется, это была женщина. Жертва кричала и сопротивлялась, но тщетно.
В чем бы там не заключалась суть происходящего, эти варвары могли послужить молодому принцу службу - вдруг удастся выудить из них сведения о котле или о Моргольте? Тристан уже собирался спешиться и, укрыв лошадь за пригорком, незаметно подкрасться к компании пиктов, как вдруг один из них резко поднял голову и посмотрел в его сторону. Размалеванное синей глиной лицо дикаря перекосилось и он, громко окликнув товарищей, указал рукой на него. Остальные, тут же забыв об объекте своих издевательств, схватили оружие и устремились в сторону юноши. Но хуже всего - он увидел, как у разбойника, поднявшего тревогу, в руках появился лук.
Громко выругавшись и проклиная себя за нерасторопность, Тристан выхватил меч, что было мочи пришпорил Аду и вихрем устремился навстречу врагам. Дозорный уже натягивал тетиву, целясь в него. Но рефлексы потомка Керна работали безотказно. В решающий момент он резко рванул поводья, уводя лошадь вправо, и прямо на скаку выпрыгнул из седла. Стрела, пронзив воздух, с глухим стуком воткнулась в землю позади него. Тем временем остальные дикари, подбадривая друг друга громкими выкриками, приближались, надеясь легко одолеть незваного гостя, пока он будет подниматься с земли. Но их ждал неприятный сюрприз - Тристан встретил противников крепко стоя на ногах с обнаженным мечом в руке и, не давая им времени опомниться, ринулся в бой.
Это было почти нечестно. Пикты, мало того, что были вооружены хуже, не могли и близко сравниться в боевом мастерстве с наследником Корнуолла. Неуклюжие, медлительные, недисциплинированные, для Тристана они словно вязли в невидимом густом мареве, стеснявшем движения. Он же чувствовал себя, как рыба в воде, грациозно кружа вокруг противников и наслаждаясь их замешательством - должно быть, со стороны это напоминало танец. Но после долгих дней путешествия по этой неприветливой стране юноша не мог отказать себе в удовольствии немного размяться. Первый дикарь кинулся вперед, метя в него коротким копьем. Тристан играючи уклонился от выпада и развернулся полуоборотом, встречая другого противника. Этот пикт неистово размахивал дубиной, пытаясь огреть его по голове. Молодой принц подпустил его поближе, дав возможность сделать выпад вперед, и, развернувшись на месте, молниеносным взмахом меча отсек вытянутую вперед руку. Хлынула кровь, дикарь захлебнулся душераздирающим воплем, но мучился он недолго - обратным движением Тристан рубанул его поперек груди, оставив глубокую зияющую рану. Разбойник рухнул в пыль и умолк. Тем временем копейщик не унимался и предпринял новую попытку атаковать. Тристан не стал особо церемониться - сперва разрубил пополам древко копья, которым варвар наивно пытался заблокировать меч, а затем одним мощным ударом с размаху снес ему голову. Тут подоспел третий пикт. Он оказался вооружен лучше - в его руках лежал боевой топор. Вероятно, он надеялся застать чужака врасплох, пока тот занят схваткой с другими противниками, но не тут то было - молодой наследник вступил с ним в бой прежде, чем безжизненное тело предыдущего врага коснулось земли. Ловко уклонившись от неуклюжих атак варвара, юноша зашел ему за спину и, слегка пригнувшись для равновесия, поставил подножку. Не успевший даже развернуться в его сторону разбойник упал навзничь и, прежде чем он что-либо сообразил, Тристан с силой вонзил клинок ему в живот. Дикарь взвыл от боли, обхватив лезвие руками, а принц повернул рукоятку, довершая дело. Разбойник слегка дернулся и затих.
