Дверь резко распахнулась.
– Ты?! Я же сказала, чтобы ты убирался отсюда!
– Послушай, – как можно спокойней заговорил я, – хочешь ты того или нет, но нам придется держаться вместе. Если ты, конечно, хочешь вернуться домой. Ведь кроме меня, тебе никто помочь не может, а я не хочу бегать искать тебя, когда мне вернут Ключ.
– Врешь ты все! Тебе просто нужны мои деньги!
– Да ты рехнулась с этими деньгами, – рявкнул я и тут же пожалел об этом. Проклятье, неужели Мастер не мог сообразить, что ей не стоит давать деньги? – Не нужно мне твое золото, я и так достаточно богат.
– Да? А это ты видел? – Она схватила меня за руку и затащила в комнату. Там она показала пальцем на восемь небольших ящичков. Они все были наполнены золотыми монетами. Кроме одного – в нем лежали изумруды.
Я быстро прикинул размеры ящичков, примерное количество монет в каждом, плюс цена камней.
– Ну и что? Здесь тысяч на пятьдесят.
– Да. Мастер так и сказал. – Танька радостно посмотрела на свое богатство. – Ты видел когда-нибудь столько золота?
– Не видел, – признал я. – Только хочу тебя разочаровать. Только что я проверил свой счет в банке. По последним данным, там находится двести пятнадцать тысяч триста шестьдесят два динара. Думаю, если получить их все, то будет в несколько раз больше таких вот ящичков.
– Я тебе не верю. – В полной растерянности она посмотрела на меня. – Я специально спросила. Мастер давал тебя всего восемь тысяч.
– Верно. Но если не веришь, то вот справка из банка. – Я протянул ей бумагу. – Читать умеешь?
Танька недоверчиво уставилась в нее.
– Ну что? Убедилась, что твои деньги мне совершенно не нужны? А теперь давай ты перестанешь изображать из себя принцессу, и мы поговорим серьезно.
– Говори. – Танька села на кровать и выжидательно уставилась на меня.
– Первое, ты совершенно не знаешь этот мир. Даже я не все здесь понимаю. А не зная мир, ты делаешь глупости.
– Это какие глупости? – сразу ощетинилась она.
– То шоу что ты устроила при въезде в город, например.
– Твои родители не возражали.
– Мои родители тоже не знают этот мир. И потом, ты их спрашивала? Вот то-то. Признаю, что я был не прав, наорав на тебя, поэтому я прошу прощения, но давай договоримся, что впредь ты будешь спрашивать меня, если опять что-нибудь надумаешь?
Танька покусала губы.
– Хорошо. Я тоже была не права. Просто я никогда не видела столько золота.
– А вот золото лучше положить в банк. Так и надежней и удобней. Попроси Лерия вызвать представителей банка сюда. Прямо здесь они примут у тебя золото и откроют счет.
К возвращению родителей и брата мы с Танькой уже помирились. А золото было отправлено в банк.
Нарнах тут же затащил меня в отдельную комнату, чтобы обсудить предстоящее заседание гильдии. Он хотел быть уверенным, что не возникнет никаких неожиданностей. К нам присоединился и отец, который с интересом стал вникать в финансовую систему этого мира. Иногда он задавал Нарнаху вопросы, на которые тот сначала отвечал коротко, но постепенно начал поглядывать на отца с уважением.
– Теперь я понимаю, откуда у вашего сына такие способности к финансам. При нашей первой встрече он меня сильно удивил. Если не возражаете, то позднее мы поговорим о ваших предложениях. О подобном ведении дел я не слышал.
– О, это обычная практика там, где я родился.
– Хм, мне бы хотелось узнать об этом подробнее.
– Минутку, – вклинился я. – Пожалуй, можно обсудить это за определенные проценты с прибыли, которую ты получишь, воспользовавшись предложениями. Идеи ведь тоже денег стоят.
Отец с Нарнахом одинаково недоуменно уставились на меня. Потом Нарнах расхохотался.
– Теперь вы понимаете, что я имел в виду?
– Я, конечно, польщен, но как все же насчет процентов?
– Мы обсудим этот вопрос с твоим отцом.
Я согласно кивнул, но все же не удержался от совета.
– Папа, менее чем на двадцать пять процентов не соглашайся.
– Мне приходилось вести деловые переговоры, сынок, – усмехнулся отец. – Не забывай, что это все же был мой хлеб.
В этот момент постучали, и в комнату заглянула мама…
– Егор, я понимаю, что вас не стоит отрывать от ваших дел, но там пришел какой-то человек. Он говорит, что это связано с Роном.
– С Роном? Что он там еще натворил? – Я бросился в общий зал. Там стоял какой-то неприятный тип в легком подпитии и ухмылялся. Я часто слышал выражение типа «мерзкая ухмылка», но никак не мог понять, что это значит. Теперь понял. Этот человек криво ухмылялся той улыбкой, к которой очень подходило это определение. В руках он крутил шпагу Рона. Позади него стоял сам Рон и испуганно смотрел на меня. – Что случилось?
– Ничего, милорд, – заговорил человек. – Вы, наверное, не знаете меня, я владелец мельницы на Совином холме. Мое имя Зарей.
– И что вы хотите?
– Вам, наверное, это не известно, но я официальный опекун Рона. Я так переживал, когда мальчишка исчез. Он был мне как родной сын.
– Да?! – взвился Рон, но немедленно замолчал, когда я бросил на него предупредительный взгляд.
– Я так переживал, а этот паршивец убежал совершать подвиги. Дети совершенно не понимают, что взрослые хотят им только добра.
