Алиса взяла себя в руки и пошла дальше, старательно обходя небольшие источники тошнотворного запаха разложения, которым не было видно конца и края. По всей крыше были разбросаны куски тел, как человеческих, так и звериных. Множество раздавленных крыс, кошек и разорванных собак соседствовало в общей могиле с останками людей. Охотница почти сразу поняла — что одними из жертв стали Хайда и Люсьен. Их головы были нанизаны на старые ржавые антенны на краю крыши, в то время как остальные были сложены у их подножья. Глаза у девушек отсутствовали, и на Алису смотрели пустые черные глазницы, в которых все же читался предсмертный ужас. На щеках были видны уже засохшие кровавые дорожки. Это значило, что они, возможно, лишились глаз еще при жизни, во время пытки или чтобы монстр вдоволь позабавился, насладился их болью и мучениями. Эта страшная картина убила в Алисе остатки сомнений. Кем бы ни было это чудовище, оно должно ответить за все. Больше никто не должен был подвергнуться такой жестокой и наверняка долгой смерти. Никто и никогда.
Вдруг охотница почувствовала на себе чей-то тяжелый взгляд. Все повторялось в точности, как в убежище. Тогда ее тело тоже покрылось мурашками от странных ощущений чьего-то присутствия, но тогда она не стала обращать на это внимания. Теперь же она прекрасно понимала, в чем причина этого волнения. Она взяла катану так, чтобы в любой момент вытащить ее из ножен и атаковать противника. Но знакомый голос поверг ее в шок, заставляя замереть на месте, забыв обо всем. Он принадлежал тому, кому охотница верила, возможно, больше всех.
— Ну здравствуй, Алиса, — стоявший позади сказал это с таким холодом в голосе, что мурашки пробежали по всему телу Алисы. Таким тоном он не разговаривал с ней даже в день их знакомства. Охотница медленно повернулась на звук. В ее глазах было лишь отчаяние и непонимание всего происходящего. Как человек, которого она бы заподозрила в последнюю очередь, оказался тем самым монстром? Перед ней стоял близкий ей друг. Она оглядела его с ног до головы, пытаясь найти подвох, убедиться, что внешность — лишь обман, но ничего не нашла. Алиса лишь отметила, что на месте левой руки был лишь обгрызенный обрубок, уже гниющий и наверняка причиняющий неимоверную боль из-за развития попавшей в открытую рану инфекции. Но стоявшего перед ней мужчину это, судя по всему, совершенно не волновало. От его привычных спокойных глаз не осталось ни следа. На его смену пришел полный ненависти взгляд зверя. Вместо доброй улыбки — искаженная злобой ядовитая ухмылка. В правой руке он держал что-то небольшое, то и дело прокручивая это в ладони. Сначала девушка решила, что это какое-то оружие или очередной извращенный подарочек для нее, чтобы сильнее ее шокировать. Алиса многое повидала и в знак благодарности чего только не получала от монстров. Но все же юноша продолжал держать это в руках, настораживая гостью. Алиса решила приглядеться и, поняв, что именно монстр вертит в уцелевшей ладони, обомлела — это были человеческие глаза. Не сложно было догадаться, кому они принадлежали. Она вновь бросила взгляд на головы на антеннах, словно желая убедиться, что они никуда не делись.
— Что с тобой, Алиса? Тебе нехорошо? Я думал, волки тебя подлатали за это время, как следует. Ты удивлена меня видеть? Или, может, даже напугана моим новым хобби? — еще сильнее ухмыльнулся злодей, сделав шаг в сторону Алисы. Он был в нескольких метрах от девушки, но то продолжала стоять на месте, внимательно оглядывая юношу с ног до головы. Франк был прав. Монстр и в самом деле был весь изранен, в кровавых подтеках почти без одежды. Он был измотан, но все еще силен.
— Сончже? Так это ты все это время был чудовищем? Я могла бы и догадаться, — охотница попыталась взять себя в руки, прокручивая в голове последние выходки вампира, по которым она просто обязана была понять, что что-то не так. — И давно это с тобой? До нашего знакомства или после? Ты хорошо прятался все это время. Только в последнее время немного подкачал, — смело заявила Алиса. — Перестал скрываться?
— Ах, это, — опомнился вампир, легко отмахиваясь от собеседницы. — Я хорошо прятался все это время, но Сончже. Его глупая привязанность и жалость ко всем вам… Он много раз пытался намекнуть вам о моем существовании, выдать себя еще до того, как убедился в моем существовании и влиянии на него. Бедный мальчик. Он до последнего не хотел верить в мое существование, пока не очнулся в окровавленной одежде. Ты бы видела его панику, — засмеялся стоящий перед охотницей монстр.
— Так ты не Сончже? Раздвоение личности или незаконное заселение? — спросила Алиса, понимая, что, если ей сейчас не лгут, то где-то внутри в подсознании этого монстра, остается перепуганный и несчастный Сончже, которого нужно спасти. А метод спасения зависел от того, как именно Оно попало в разум вампира.
