— Ну уж нет, уважаемый! Я обещал вам свое участие в защите каравана, ел ваш хлеб и пил ваше вино. У нас не принято отвечать неблагодарностью людям, приютившим тебя и давшим тебе кров, пусть даже и временный.
Старший каравана уважительно покачал головой.
— Нечасто в наше время можно встретить такого человека. Ты хотя бы знаешь, кого ты убил в лесу?
— Разбойников, кого же еще!
— Это не просто разбойники, это шайка «лихого Элли»!
— А кто это такой?
— Тебе, видать, и впрямь хорошо заехали по лбу, раз ты даже это позабыл! Он же был среди тех, кого ты убил.
— Может быть, в лицо я его не знал.
— Из тех, кто знал его в лицо, мало кто дожил до того, чтобы описать его внешность.
— Тогда как же вы его узнали?
— У него было шесть пальцев на левой руке. Говорят, что это метка дьявола. И она позволяла ему в течение долгого времени уходить от любых погонь и облав.
— Так это был тот самый тип в кольчуге?
— Он самый!
— Ну, так я ему на руки не смотрел.
— Твое счастье. Говорят, что он умел напускать морок на своих врагов. В него стреляли уже множество раз, и никто еще ни разу не попал. Его шайку уничтожали уже трижды. И каждый раз он набирал новых головорезов.
Теперь мне стало понятно, отчего возник такой интерес к трупу убитого мною атамана разбойников. Еще на пристани, когда только началась погрузка наших товаров и лошадей, несколько охранников каравана потащили тело атамана к баронским стражникам. Недалеко от пристани был их пост. Я-то все гадал, за каким рожном они поволокли его с собой.
— За его голову окрестные власти назначили неплохую награду.
— Это меня радует. И где же она?
— Не все так быстро, Сандр. Или ты забыл наши порядки?
Да я и вовсе их не знал, откровенно говоря. Хотя, если проводить аналогию с Диким Западом… Должен же тут быть, по идее, какой-то шериф, который занимается подобными вещами.
— Я не думал, что это займет так много времени.
— Да пока его отвезут в город, пока выставят на площади… Только после этого и будет принято решение о выдаче награды.
— Плохо дело. Эдак я могу остаться без денег! Что ж, мне тут все это время сидеть и ждать?
Олерт рассмеялся и отхлебнул вина из своего стакана.
— Узнаю старого солдата! Уж чего-чего, а своей выгоды вы никогда не упустите! Нет, сидеть здесь нет необходимости. Я сообщил стражникам, что Элли был убит при нападении на наш караван. Они записали мои показания. Когда будет принято решение о выплате вознаграждения, его можно будет получить у любого наместника короны, где бы я ни находился.
— И я в этом случае должен находиться рядом с вами?
Он развел руками.
— Ну, ведь объяснение стражникам должен давать старший каравана. А ты убил его, исполняя обязанности охранника. А вот если бы он сам напал на тебя одного где-нибудь в лесу или в городе… Впрочем, в этом случае я бы с тобой сейчас не разговаривал.
— И как велико это вознаграждение?
— Объявлено, что за его голову будет выплачено пять золотых монет!
Солидная, по местным понятиям сумма. Отказ от нее, под любым предлогом, вызовет столько ненужных подозрений… я даже, и представить-то этого не могу. Вот не было печали… Таскайся теперь с этим караваном. А меня, что, гонит кто-то? Куда я спешу? У меня что — есть конкретная точка назначения, где меня ждут — не дождутся? Нет такой точки. И никто нигде меня не ждет. А легенда для данной роли просто изумительная. Купцов этих тут знают достаточно хорошо. Так что присматриваться к ним никто не станет. А на их фоне и я стану совершенно незаметным. Заодно и место себе присмотрю поинтереснее.
— Обещаю подумать над вашим предложением, почтенный Олерт. С вашего позволения, я пойду, гляну на вещи, взятые мною у разбойников.
Распрощавшись с купцом, я отправился к телегам, дабы провести, наконец, ревизию своих трофеев.
Арбалет. Не бог весть что, мой явно лучше. Болтов с десяток, не помешают. Отложив арбалет в сторону, я мысленно сделал себе пометку: «На продажу!» Кольчуга главаря. В принципе, вещь неплохая, если не считать дырки от моего выстрела. Туда же. Всякая мелочевка: ножи, кинжалы. Один кинжал, тот, что получше, я оставил себе, прочие отправились в общую кучу.
