— Отлично! Итак, мой ответ на эти вопросы. Разбойники в основной массе состоят из бывших солдат. Армия неэффективно борется с ними. Пойманные разбойники имеют шанс сохранить свою жизнь, если попадут в руки своим бывшим сослуживцам. Королевские судьи им в этом помогают. Я прав?
Старик озадаченно на меня посмотрел.
— Однако! В таком разрезе на это еще никто не смотрел. Твои рассуждения, Сандр, не лишены известной логики.
— Скажи уж прямо — они правильны!
— Я должен все это проверить сам. Получается, что все эти шайки организованы армией?
— Нет.
— Не понял?
— Слушай дальше. Судьи ведь армии не подчинены?
— Конечно.
— Почему у всех разбойников в королевстве единые цены на пропуск караванов?
— Не у всех. Есть и исключения.
— Ты сам это сказал — исключения! Большинство требует одинаковую оплату за проезд.
— Да, в основном, это так и есть.
— Кстати, ты никогда не пытался подсчитать, каков порядок этих сумм?
— Это вообще не моя забота.
— Сделай себе зарубку на память, хорошо? А я продолжу. Каким образом организована связь между шайками? Кто обладает правом проезда по «быстрым дорогам»? Кого не трогают разбойники? Ответь мне — и прикинь, кто может все это организовать. В масштабах королевства.
— А у тебя эти ответы, как я понимаю, уже есть?
— Есть. Связь поддерживается тоже через бывших солдат. Ныне они хозяева трактиров и харчевен, расположенных около дорог. Любой из разбойников может зайти в трактир и узнать все, что ему нужно. Для них это тем более не трудно, ведь они, как правило, и живут поблизости.
— Живут?
— А ты думал — в лесу сидят? Когда последний раз накрывали облавой разбойничий лагерь?
— Ну… не помню таких случаев.
— Потому что их и не было. Нет никаких лагерей. Они живут в деревнях и собираются только перед делом. Ведь отставные солдаты имеют право жить, где пожелают, так?
— Так…
— А купец перед поездкой сообщает трактирщику свой маршрут и едет спокойно. Его никто не грабит. Более того, разбойники следят за состоянием дорог и получают провиант от местного населения, которое их кормит. Интересно — почему?
— Ты серьезно?!
— Более чем. Это я слышал от вожаков шаек. Своими ушами, между прочим!
Старик помрачнел. Я снова протянул ему свой стакан, который он щедро наполнил вином.
— Упьюсь я тут у вас…
— У тебя все?
— Щас! Разогнался… Кто может ездить по быстрым дорогам? Только особо доверенные «королевские» купцы?
— На этот вопрос я тебе не отвечу. Просто потому, что сам этого не знаю. Но и это я выясню!
— Тогда уж заодно и сложи все остальные части этой головоломки. Кто дает привилегии купцам, которые, к тому же, снабжают представителей короля на местах? И возят припасы для армии. Кто может приказывать армейским командирам и королевским судьям? Кто устанавливает привилегии отставным солдатам? И последнее. В чей карман уходят дорожные сборы, которые выплачивают разбойникам купцы? И откуда вдруг в казне взялись лишние деньги? Новых-то налогов нет! Или есть? Только называются они по-другому. Платой разбойникам, например…
— Король?
— Заметь — это сказал не я!
Старик выругался. Снова плеснул нам обоим вина. Мы молча опрокинули свои стаканы.
— У тебя все?
— Почти. Что за болт лежал у тебя на столе, когда я приехал сюда впервые?
— Этими болтами перебили ваш караван. А что? Ты где-то такие видел?
Я приподнялся на ноги. Пол под ногами уже ощутимо покачивало.
— Расспроси об этом Мирну. Хорошо? Вот она-то и расскажет тебе много интересного… А мне… мне уже спать пора, а то ноги совсем как чужие стали…
Не так уж и много я выпил, между нами говоря. Но притвориться пьяным стоило. Пусть командир Котов теперь сам домыслит все недостающие детали. У него информации побольше имеется… Да и если он сам придет к таким же выводам… Одним союзником у меня будет больше. А это — уже здоровенный плюс!
Кое-как доковыляв до палатки, я выслушал упреки Мирны. Сил спорить с ней не было, да и по большому счету она права. Неча было мне столько пить! И ведь никак ей этого не объяснить! Не понимает она, что такое «оперативная необходимость».
Моя сероглазка надулась, и в результате всего этого мне пришлось спать в гордом одиночестве. Печально…
Утро облегчения не принесло. Погода по-прежнему не радовала. Голова гудела, как пустой котел. Облегчить мои страдания было некому. Мирна еще утром ушла в палатку к Старику. А после долгого разговора собралась, да и уехала неведомо куда. Вот я и ходил по лагерю в одиночестве. Делать было решительно нечего, и пришлось напроситься в напарники к Лексли. Он как раз прыгал по траве и размахивал мечом. Нашелся клинок и для меня, и вскоре мы оба, как петухи, бросались друг на друга в учебном поединке. Надолго меня не хватило, и вскоре пришлось снимать не только кольчугу, но и рубашку — пот катил градом. А Коту — хоть бы хны! Нечего говорить — вояки они знатные! На голову круче всех, кого я тут видел. Наконец, сжалившись, Лексли опустил меч и предложил побороться просто так. Это с голыми-то руками? Как выяснилось, такие забавы тут были в чести.
Ну вот тут уже оторвался я!
