— Тогда, если можно, у меня вопрос имеется…
— Какой же? — похоже, что моя персона уже не вызывала у Старика особенного интереса. Тут бы мне и закруглить разговор… да и ноги сделать потихонечку. Но я уже закусил удила.
— Известно, из кого состоит охрана Дорна? И сколько их, кстати говоря?
— А тебе зачем?
— Ответь на мой вопрос и я, если все совпадет, много чего смогу пояснить.
— Хорошо. У него в охране двенадцать человек. Все — бывшие солдаты.
— Дорн, естественно, ведет торговые дела с представителем короля? И снабжает гарнизоны королевских войск?
— Ну, как попутный груз… Стоп! Откуда ты это знаешь?
— Помимо этого у него эксклюзив на торговлю с местной верхушкой. Так ведь?
— Так. Ты не ответил на мой вопрос!
— И на рынке приказчики Дорна ходят по рядам только для набора попутного груза. Весь основной торг и загрузка каравана происходят вдали от посторонних глаз.
— Возможно…
— А каким образом происходит снабжение королевского представителя? Кто и каким образом доставляет ему необходимые припасы?
— Я не купец. Откуда мне знать?
— Как давно увеличились поступления денег в казну? Годиков пять назад?
— Этого ты знать не мог! — Старик поставил напротив меня стул и сел, обхватив спинку сильными руками. — Извини, но тебе придется ответить на эти вопросы! И пояснить источник такой странной осведомленности.
И здесь я попал! Последний кусочек мозаики встал на свое место с тихим щелчком. Старик подтвердил мою догадку насчет казны!
— Не только отвечу, но и кое-что любопытное расскажу! Только уточню кое-что. Моей личностью, как я понимаю, тоже интересовались. И выяснили не так уж и много. Я прав?
— Да. Сведений очень мало. Как, впрочем, и о большинстве жителей королевства. Ты здесь не исключение. Был бы военачальник или чиновник — другое дело, за такими людьми смотрят.
Вот как? У них тут служба внутреннего контроля есть? Полезная новость, учту.
— Тогда — перейдем к делу.
Я плеснул себе еще вина, уселся поудобнее.
— Сразу оговорюсь. Имен многих не знаю, в званиях и должностях путаюсь. Поэтому, буду называть чиновников на армейский манер.
Старик кивнул головой. Похоже, ему и самому так было проще.
— Я весь внимание! Рассказывай!
— Только не надо думать, что я вхож в какое-то тайное общество или подслушал секретные разговоры высокопоставленного чиновника. В каминную трубу лазить тоже не могу. Их служанок не соблазнял, хотя и не имею ничего против этого. Все, что я хочу рассказать — плоды тщательного анализа сведений, полученных из самых разнообразных источников.
— Хм! Если ты, таким образом, хочешь привлечь к себе внимание — это произошло. Просто так, Сандр, ты отсюда уже не уедешь.
— А что, было желание нас спровадить?
— До начала этого разговора, да. Было такое желание.
— Да… надо было этим воспользоваться…
— Извини! — Старик развел руками. — Сам напросился!
— Ну что ж… тогда начнем. Как давно существуют «быстрые дороги»?
Старик призадумался.
— Лет шесть… если говорить о том моменте, когда стало ясно, что это не единичное явление.
— Ага! Ну так вот, я сейчас попытаюсь объяснить некоторые интересные моменты. И мы вместе попробуем отыскать решение, если таковое не будет видно со всей очевидностью. Ручаюсь, это снимет большинство вопросов, которые ко мне накопились.
— Хорошо, не возражаю.
— Итак, первое. Заметь, я не знаю этого точно, но имею все основания думать, что здесь я прав. Большинство из разбойников — в прошлом служили в армии.
— Это общеизвестный факт!
— Именно в тех местах, где они и занялись новым для них делом.
— Вполне объяснимо. Они знают эти леса.
— Согласен. Тогда ответь мне, пожалуйста, на вопрос — почему армейские операции против разбойников так неэффективны? А вот баронские дружины вешают членов шаек гораздо чаще! Почему?
— Ну… они лучше знают данные места и, как следствие, ловят шайки успешнее и чаще.
— Да? А у меня на этот счет мнение прямо противоположное! Армия лучше знает дороги, а баронские дружины — леса. Почему?
— И почему же, как ты думаешь?
— Отвечу чуть позже. Второе. Как часто вешают пойманных разбойников солдаты?
— Почти никогда. Их сдают королевскому судье.
— А почему этого не делают баронские дружины? Для них закон не писан? И, кстати, что бывает с теми разбойниками, которых сдают судье?
— Закон один для всех. Просто баронские дружины меньше управляемы, и они…
— Знают, что отправленный в суд разбойник повешен не будет… Так?
Главный Кот явно был озадачен. Он задумчиво потер ладонью щеку.
— Не буду с тобой спорить. Ибо не знаю ответа на этот вопрос! Но — выясню! И очень скоро! Поздравляю! Ты сумел меня заинтересовать всерьез! Это немногим удавалось… Держи! — привстав со стула, он щедро плеснул мне вина.
— Если и дальше все так пойдет, то из палатки меня вынесут бесчувственного.
— Не обольщайся!
— Посмотрим. Я почему-то уверен в том, что и королевский судья сидит как раз там, где неподалеку проходит «быстрая дорога». Так?
— Как правило.
